Видьмак с Прикарпатья

Нет! Ни он никто другой ничего не видели и не слышали, только рассказы наших пожилых односельчан являлись для него одного источником тихих ночных ужасов.

– Наталья, поверьте, в каждом селе найдётся десяток-другой историй о ночных кошмарах. – Игорю Александровичу стало неинтересно. Не хватало ему ещё этих детских сказок на приёме, тем более что время приёма у Натальи с сыном уже заканчивалось. – Я думаю, что в следующий раз нам с Яшей надо определить источник страха и тогда мы начнём именно с этим источником плотно работать.

– И что самое интересное, так это рассказ Пети, про беленького ягнёнка. – Наталья будто бы и не слышала слов доктора, и продолжала свой рассказ. – Даже не сам рассказ, а именно этот ягнёнок, которого и я видела как то ночью. Шла к себе домой, а я ведь уже говорила, что дом наш стоит на отшибе, в предгорье. И последний отрезок проходит по лесному оврагу. Сначала дорога идёт вниз, а потом вверх. Надо сказать, что темень у нас отменная, ночью идёшь домой на ощупь.

Так вот, иду я одна после киносеанса домой…

– А кругом вековые ели и огромные дубы и узкая дорога зигзагами уходит наверх. – Глядя в глаза доктору, продолжил рассказ Яша и добавил – А светлое пятно стало приближаться, и вскоре на близком расстоянии превратилось в вполне обычного маленького ягнёнка. Он мирно шёл по обочине и на ходу щипал травку. Видишь, и ты тоже увидела ягнёнка деда Михая.

– Яша, да не было никогда у нас никакого деда Михая. А ягнёнок мог быть, чьим угодно, хоть из сарайки Парасюков.

Что в нём ужасного то?

Игорь их слышал, будто сквозь сон. На него снова плотным покрывалом навалился страх. Он видел недоумённые лица пациента с мамой, потом мелькнуло испуганное лицо Татьяны Александровны, и, наконец, прорезался её голос:

– Игорь Александрович, там уже очередная мама со своим чадом сидят. Что им сказать?

– Извинитесь от моего имени и перенесите сеанс на завтра, на девять утра. Я сам их приму, а Вы, как обычно, приходите к десяти.

 – Голос доктора был уверенным и добрым. Казалось, что с ним ничего и не произошло. Но сам он знал, страх был рядом. Липкий и плотный, он окутал его, как пот в тридцатиградусную жару. Невольно взглянул на свои руки, они были сухие и холодные. – Яша, думаю, что твоя мама права, и нам надо выслушать её рассказ.

– Вы думаете, что раз Вы – психолог, то всё, что в моей душе творится, знаете? – Голос мальчика дрожал от непонятного гнева.