Конунг 2: Треверская авантюра

Толстая кожаная подошва сандалий снабжалась шипами, и давала надежное сцепление с грунтом. Чулки из того же материала и ремни, покрывали голени почти до половины, и неплохо защищали ноги от случайностей.

Оценив вместе с Карлом и старшими десятниками отступление в цене минимум на 3,5-4 тысячи монет, он решил все же согласиться. Во-первых, тогда еще только начали набирать добровольцев, как пойдет дело – не знали, а потому опасались терять отдельное время еще и на эту поездку, а потом и ожидание заказа.

Во-вторых, серебро, накопленное после распродажи всего «лишнего» из его доли сокровищ Долины Некрополей и недавно награбленного у горцев, вполне позволяло согласиться.

«Дома», помимо самых ценных украшений и посуды, оставалась лишь небольшая заначка монетой. Но по заверениям казначея, после окончательной распродажи выделенного имущества, в походной казне все-таки останется серебра минимум на 4-5 тысяч гельдов.

«Вряд ли больше», – как бы извиняясь, тогда уточнил Карл, и это почему-то полностью убедило экс-журналиста.

* * *

И вот теперь юные воины смогут выглядеть, как настоящие бойцы. Пока только «выглядеть», но поводы для оптимизма были. И не только у Игоря.

Надо признать, что мотивированные и крепкие юноши оказались отличным человеческим материалом. Было много разнообразных, и иногда совершенно идиотских травм, но хевдинг стабильно платил за лечение в ближайшей из храмовых пирамид, поэтому потерь и инвалидов удалось избежать.

Хотя розог изломали о спины бессчетно, никто из юных энтузиастов не принудил наставников требовать изгнании с позором.

Землянин был почти уверен, что самые вопиющие случаи спустили на тормозах и скрыли от него, но не настаивал. Если сквозь сито отбора и прошли какие-нибудь «неподходящие» дурни, то вбить в них нужные мысли в ближайшие несколько месяцев время еще будет.

В конце концов, обучение по-настоящему еще лишь начинается, поэтому Игорь довольно цинично решил: пусть последние шероховатости с продукта этого эксперимента, снимет война.

В этот вечер измучившиеся в нетерпении парни, впервые вместо учебной палки получили настоящее боевое оружие.

Утяжеленный кожаный мешочек с глиной, на конце палки (совершенно идентичной настоящему древку), конечно же, позволял отработать пару необходимых простых приемов, и привыкнуть к будущей тяжести алебарды. Но гордой улыбки на лице – не вызывал, позвоночник – не укреплял, и грудь, еле сдерживаемой гордостью, – не распирал.