Конунг: Вечный отпуск

 – С глубокой скорбью и неизъяснимой радостью доношу до вашего сведения, что уже поздно, и вынужден вас покинуть. Радость в этом факте нахожу в том, что чем раньше засну, тем быстрее смогу проснуться, и снова насладиться созерцанием ваших приятных, а в большинстве своем – еще и прекрасных лиц!

Сопровождаемый смешками и подтруниванием про не умеющую пить молодежь, журналист начал выбираться из-за стола. Огибая пятиметровую громаду, воспользовался тем, что находился вне света факела и бросил прощальный взгляд на Катерину.

И чуть не споткнулся завороженный ее призывным взглядом.

На мгновение, его захлестнул восторг, откуда-то хлынула уверенность, что она обязательно придет сегодня ночью. Глубокая «хмурая» складка на лбу выдавала, насколько девушка раздосадована уходом. Но тут Катя, очевидно, что-то уловила, и даже Шерлок Холмс не смог бы рассмотреть следов гнева на ее лице. Однако Игорь этого уже не видел. Он уходил в твердой уверенности, что нынешняя ночь будет намного лучше, чем многие другие.

«Она придет! Она непременно придет…»

* * *

Только ближе к полудню Игорь смог вынырнуть из гулкого забытья, и ощутил животом горячее чуть влажное бедро спутницы.

Это произошло раньше, чем он окончательно проснулся. В памяти всколыхнулись приятные воспоминания прошедшей ночи, где-то внизу снова зародилось желание и снова его посетило извечное мужское любопытство: стало ужасно интересно, что же в ней не так?! Чем именно эта молодая женщина, к которой он сейчас прикасается, лучше и притягательней любых других?!

Руки в такие моменты всегда, вне зависимости от такого малозначимого и сравнительно недавно приобретенного органа, как сознание, начинают существовать сами по себе.

Поэтому факт, что планы на сон уже в прошлом, было никак не скрыть…

– Ты меня любишь? – немного сбила накатывающее сумасшествие Катя.

Девять из дюжины отведенных туристам комнат располагались на втором этаже цитадели, вокруг отдельного зала с единственным входом. Одну из них замкнули дверью на железных массивных петлях и устроили один из складов.

Там хранилось серебро и оставленное «для себя» оружие и броня. В другой устроили кладовку под вино, пиво, мед, сухофрукты и разные другие вкусности длительного хранения. Не набегаешься на хозяйскую кухню через половину цитадели, да и вкусы у пришельцев не в полной мере совпадали с местными традициями.

Третью хозкомнату превратили в ванную. Туда принесли невысокую кадку диаметром метра в полтора, и 200-литровую деревянную же бочку.