Пророк Темного мира

Он дождем был размыт и бурей разбит,

И ничей не заметит взгляд,

Что дорога шла через лес.

Там, где нынче шумит листва,

А приземный слой – лишь вереск сухой,

Да пятнами сон-трава,

Лишь сторож помнит едва —

Где барсук проскакал да исчез,

Где горлица яйца снесла,

Когда-то был путь через лес.

Но если ты входишь в лес

Летним вечером, в час,

Когда холод идет от стоячих вод

И выдры, не чуя нас,

Пересвистываются через лес,

В подступающей полутьме

Вдруг зазвучит перезвон копыт,

И шелест юбок, и смех,

Будто кто-то спешит

Мимо пустынных мест,

Твердо держа в уме

Забытый путь через лес.

Но нет пути через лес.[1 - Стихи Редьярда Киплинга, пер. В. Шубинского.]

Возчики помоложе затеяли было чикой баловаться, но дядька Архип хлопнул в ладоши и сердитым голосом крикнул:

– Все, чистоверные! Утро вечера завсегда светлее. Ночевать будем.

Наскоро отмолившись, возчики полезли в шалаши, укрываясь тулупами. В костер сунули бревнину-долгушу, кинули жребий – кому до подзари сторожить, а кому – после, и вскоре все замерло на лесной полянке.

Притухший костер давал мало света, и Бойше, проверявшему, хорошо ли засупонены возы с товаром, показалось, что лес сам собой надвинулся со всех сторон, стеной встал у подвод, поглотив и лошадей, и возчиков.

«Ишь ты, страх-то как разбирает! Ну и дикие ж места», – подумал он, возвращаясь к костру. Все уже спали, лишь горбился в сторонке Луха Борода, жребный сторож.

«С этим можно спокойно ночевать, не продаст, серьезный мужик», – успокоил сам себя Бойша, укладываясь на стеганый потник у костра. Лезть в душный шалаш не хотелось – блохи одолеют.

Он был уверен, что после тяжелого дня сон придет сразу, но ошибся. Думы толклись в голове, как комары над лампой. «Пять верст. Всего пять верст! Ежели сейчас тишком уползти да быстро побежать… К утру обернуться очень даже спокойно можно. Эх-ма, кабы дорогу еще знать. Скворец говорил – на полночь надо идти.

А как тут, ночью, в чащобе, разберешь, где полночь, а где полдень? В лабах у профов специальные штуковины есть, чтобы знать, куда идти. Со стрелками бегучими. Да-а…»

Бойша заворочался, привстал на локте – пить захотелось. Пошарив взглядом в поисках баклажки с водой, он вздрогнул – лежащий поодаль, шагах в пяти, дядька Архип смотрел на приказчика, поблескивая в сумраке волчьими глазами, и кривил губы в понимающей ухмылке.