Пророк Темного мира

– Города – зло! – Голос Павла неожиданно обрел какую-то запредельную для человека силу, загремел, загрохотал над сонной летней улицей. – Техника – зло! Наука – зло! Отриньте все, идите в леса, живите, как предки жили, – только тогда спасетесь! Мрак идет на род людской. Смерть уже косу подняла! Древние силы будить нужно, только они помогут, только с ними выживут дети…

– Дети, – охнул батюшка, нетвердой рукой уцепившись за перила крыльца, испуганно оглядел двор. – Андрей, Владимир, Елена, Ольга – в дом! Быстро в дом!

– Дети умнее вас.

 – Павел властным жестом выкинул вперед руку. – Дети чувствуют истину! Я спасу их. Тех, кто слышит меня.

Ребятишки, дернувшиеся было исполнить приказ отца, снова застыли на месте, широко улыбаясь.

– Бес в тебе! – закричал отец Валериан, торопливо выпрастывая из ворота рубашки нательный крест. – Это бес вещает! Изыди! Во имя Господа нашего, во имя Святой Троицы! Изыди!

Петр, обмерший, едва только Павел начал говорить, почувствовал себя совсем плохо.

Он разрывался между любовью к брату и желанием встать на сторону священника, принять его правоту. «Пашка и впрямь с нечистой силой снюхался. Ой, беда… Чего делать-то? Святой водой? Или в больницу?»

Собравшись с духом, он бросился к брату, попытался сгрести его в охапку, утащить с поповского двора, но Павел только качнулся влево-вправо, стряхивая с себя Петра, и вновь заголосил:

– Железный телец погубит род людской! Смерть носите вы с собой, на смерти едите, со смертью спите.

Отриньте зло! Я знаю путь к спасению и поведу вас! Увидьте силу мою!

И тотчас же со всех сторон, изо всех домов и дворовых построек Завалишино пошел мощный звук – замычали коровы, завизжали свиньи, заблеяли овцы и козы, отчаянно закудахтали куры, и все это покрывал яростный собачий лай. Тучи птиц затмили солнце, под ударами копыт и рогов с треском вылетали двери сараев, как подкошенные, падали заборы, и к дому отца Валериана по проулкам, через огороды мчалось небывалое звериное войско.

Перепуганная, рыдающая матушка силой утащила детей в дом и заперла дверь. Мужа она тоже пыталась увести, но священник будто прирос к крыльцу, высоко воздев сияющий на солнце крест и выкрикивая слова молитвы:

– Господи помилуй! Запрещает тебе Господь, диаволе, пришедший в мир, Пречистою Приснодевою Мариею, истинною Богородицею, на спасение всего мира.