Пророк Темного мира

Повторяю: общая готовность!

Дождавшись своей очереди, Тамара сообщила полковнику, что они готовы, и снова устремила взгляд на экран «Зрака». Когда Кощ появится на торжище, ее задача – отслеживать перемещения главного московского чаровника-нелегала, дождаться встречи с продавцом, зафиксировать артефакт и дать сигнал Закряжину. «Знал бы шеф, что вместо его «никуда не лезь» мне придется быть чуть ли не главным действующим лицом всей операции – пожалуй, сам бы поехал», – усмехнулась Тамара, но тут Мыря хлопнул ее по руке, указывая на темно-зеленый «Уазик»-«буханку», неуклюже переваливающийся на колдобинах.

– Кощ? – тихо спросила Тамара.

– Он. Хорошо прикинулся, хрен подумаешь… – Незнать нахмурился. История его вражды с чаровником была давней, темной. Тамара знала только, что Мыря значился в «мертвецком списке» Коща едва ли не на первом месте, а уж у незнатя чаровник шел вне всяких списков – «Сколько раз увижу – столько раз убью». И вот сейчас заклятый враг был буквально в двух шагах от домового – и тот не мог, не имел права ничего сделать.

Впрочем, даже если бы у Мыри и появилась возможность поквитаться с Кощем, вряд ли чаровник прибыл бы в Можайск без охраны. – А вот и догляды ментовские, – с неожиданной усмешкой фыркнул домовой. – Вишь, у личенихи-травницы двое стоят? Греча и Багульник. Телепени ушастые. Кощ небось срисовал их уже. Эх, гранатомет бы мне…

Тамара, никак не отреагировав на горестный вздох незнатя, касающийся гранатомета, продолжила следить за «уазиком» Коща. Вот он втиснулся в ряд машин, припаркованных у ворот мелокооптового рынка, вот открылась дверца, и некоронованный монарх Темного мира столицы ступил узконосой модной туфлей в рыжую можайскую глину.

Сопровождающих у Коща оказалось трое – двое людей, чаровников средней руки, зато поражающих своими размерами, и неприметный незнать из мимикризантов, прикинувшийся крохотным кроликом-альбиносом с красными злыми глазками. Уютно устроившись на руках Коща, незнать внимательно следил за происходящим вокруг – аура его пылала, как фальшфейер.

– Это первейший догляда Коща, око его и ухо, – прошипел с ненавистью Мыря. – Шорох именем Чука. По его наущению немало добрых незнатей загибло.

Кощ перешел дорогу и в окружении бодигардов двинулся вдоль ряда торговцев-личеней. Чаровник был облачен в дорогой черный костюм-тройку, под хрящом кадыка искрился бриллиантами кокетливый галстук-бабочка. Ни дать ни взять столичный модник приехал в провинцию побродить по местному блошиному рынку.