Слуги Карающего Огня

* * *

– Никогда прежде корья не выходили на Ход! – удивленно вертел головой Шык, сидя напротив Луни у небольшого бездымного костерка.

Они скакали до полуночи, далеко уйдя от Злого Поворота, как нарек место засады корья Луня, и теперь остановились на ночлег, отъехав на всякий случай в сторонку от Хода и укрывшись в глубокой ложбине.

Сварили в котелке подстреленную Луней куропатку, половину съели, половину оставили на завтра, и теперь, отдыхая после тяжелого дня, говорили.

Вернее, говорил в основном волхв, а Луня слушал, иногда спрашивая…

– Ары наложили на весь Ход в двух лунах пути от своих владений по обе стороны чары, и чары те не дают злому человеку, нелюдю и нежити выходить на Ход. Но, видать, опали, развеялись арские чары, или ослабли сильно… – не спеша объяснял волхв, попутно вырезая мз соснового корешка для Луни амулет Зевы – теперь, когда припас пропал вместе с раненым арпаком, странники могли надеятся только на охоту, и стало быть, не лишне было озаботиться покровительством звериной богини.

– А как же тогда корья до этого на путников нападали? – подбросив сухих веток в костерок, спросил Луня.

– Метали из кустов отравленные остроги, сеть набрасывали и уволакивали в сторону! Счастье наше, хвала Роду, что луки у корья не в чести, не любят они стреловой бой, не знаю уж, почему.

А не то не сдобровать бы нам, Луня, посекли бы нас из луков, и все! – волхв выбрал из кучки куропачих косточек одну, короткую и узкую, вставил в готовый амулет, вроде как стрелой пробил его насквозь, и начал прилаживать кожаный шнур, чтобы можно было носить корешок на шее.

– Дяденька, а как же так – все говорят, что по Ходу всегда люди движуться, туда-сюда, обозно, конно, пеше, а мы сколько дней скачем, а никого еще не видали? – поинтересовался Луня.

– Так ты и сам мог бы догодаться! – благодушно улыбнулся Шык в сивые усы: – Сейчас пора страдная, не до торговых походов. Вот погоди, через полторы луны, когда урожай в странах Хода соберут, обмолотят, когда меду набортят, грибов насолят да ягод намочат, вот тогда и потянуться по Ходу обозы – из городища в городище, из страны в страну, людные и многочисленные, со стражей крепкой.