Излишне съедобная кассета VHS

 – Твой Сталин солдатам (советским солдатам!) Германию отдал на целых три дня! А только потом отдал тот самый январский приказ…

Стриженый приподнял было свою худую ладонь над столом и бессильно опустил ее снова на серо-белую потрескавшуюся столешницу:

– А вот скажи мне, Игорь, в Африке ты африканских колхозников от кого защищал, от Наполеона? – он усмехнулся и слегка коснулся плеча своего соседа. – Таких, как мы с тобой, наверное, даже в аду не принимают. Как ты думаешь?

– Я в этом уверен, – спокойно ответил подполковник.

– И я уж не говорю о том, что война и грабёж – это самые эффективные виды бизнеса! Классика, – говорит стриженый.

Но «есаул-прапорщик-полковник» снова и несколько устало добавляет:

– И обязательно на глазах у всего личного состава.

Последнее он произнес как-то слитно – «на глазах у всего личсостава».

По-военному четко и коротко.

Глава 1 ....и я проснулся…

«И будет тебе не солнечный день,

а сплошное молоко и сметана

из метана», –

– Хрома Церепо

(персонаж и цитата вымышленные)

Это был бледный день, именно бледный.

Туманный и бесцветный, как будто на мир выплеснули стакан молока, и оно растеклось по всему миру, словно по стеклу. Бледную картину окружающего мира слегка разбавляло лишь утреннее солнце, еле видимое в тумане над горизонтом. Всяческие там писатели и поэты рассказывают своим читателем, что «солнце в небе выглядело бледным медным (или золотым) пятаком».

А вот – нет!

По такой погоде оно как раз выглядит серебряным – блестит, словно раскаленный серебряный пятак.

Или ртутный – так даже правильнее. Или метановый (к слову, а какого цвета жидкий метан?).

Всё остальное – в молоке.

Такую погоду водители, кстати, так и называют – молоко.

Откуда у меня подобные писательские потуги? От чего все эти сравнения и эпитеты, или как там еще всё это у них называется? Ведь я за свою жизнь кроме докладных записок и производственных отчетов больше ничего не писал.

Впрочем, вру. Были ведь еще всевозможные сочинения-изложения в школе, потом контрольные и курсовые. Диплом, наконец.

Хотя, нет, я и диплом, на самом деле-то, переписал с чужого, чуть-чуть и кое-что изменив.

И тут вдруг – бледный день и сметана…

Вот и Георгий Павлович говорит – пиши, возможно, кто-то и прочтет…

…и даже поверит.

Чаще других в моей палате, а точнее – в моем поле зрения, появлялась, конечно же, медсестра.

Рыжая.