Цена дружбы. Рассказ

Это значит, что, если у Криса в запасе не окажется еще одной пушки, он будет вынужден пойти в рукопашную. План сработал – если этот кусок импровизационного дерьма вообще можно было назвать планом…

Крис вышел из тени. Рослый абиссинец с длинным хвостом и знаменитыми ушами-локаторами. Облик породистого хлюста портил длинный шрам от уха и до основания носа, а также цвет глаз – голубой. Джейк помнил, что у породистых абиссинцев не может быть голубых глаз – этим цветом Криса наградила его мамаша, задравшая хвост перед первым встречным тайским котом, а после выкинувшая свое дитя в гетто, как ненужный ком мусора, на съедение диким стаям и в объятия многочисленных болезней…

Строго говоря, смешение двух чистых кровей в Империи не возбранялось, но на котят, рожденных от отцов другой породы, смотрели косо… Мамаша Криса предпочла упредить проблему, пока ей не занялась инспекция по чистоте расы.

Эти товарищи слыли на всю Империю своими взглядами, и клеймили всех, на кого падет малейшая тень подозрения в нарушении установленного порядка – разумеется, по надуманному предлогу. И, конечно же, во славу нации…

– Цена дружбы, говоришь? – с ленцой, растягивая слова, произнес Крис. – Тем хуже для тебя. Ты знаешь, что я не могу отпустить тебя.

«Он слишком быстро подошел», – с тревогой подумал Джейк. «Сейчас уд…».

Когтистая лапа рассекла морду Джейка, будто нож – масло. Еще удар, и немецкая овчарка валяется на заплеванном асфальте.

– Не убива-а-й, – прохрипел пес. – Прошу-у.

– Поздно, – бросил Крис. – Ты сам этого захотел, Джейки.

Ядовитый шип вошел в плечо собаки. Мир сузился до размеров игольного ушка. Потом не стало и этого.

1

Несколькими часами ранее

Тот, кто придумал, что день собаки должен начинаться с первыми лучами солнца, определенно, обладал извращенным чувством юмора, размышлял Джейк, выкручивая руль своего «Бьюика» до упора влево. Впереди показалась широкая, до упора загруженная магистраль, ведущая в восточную часть города.

На приборной панели вольготно расположился стаканчик с черной, дурно пахнущей бурдой, под названием кофе. В глаза нещадно било солнце, а виски сжимала тупая боль – верный признак раннего подъема.

«Здравствуй, хреновое утро», – усмехнулась в усы немецкая овчарка. Джейк поправил кобуру с револьвером под пальто, посмотрел по сторонам, черт!

– Куда прешь, придурок! – закричал одетый по последнему писку моды хлюст за рулем дорогущего «Кадиллака».