Хроника одного побега

– Каким образом? – Камилла наконец-то хоть чем-то заинтересовалась.

– Узнал, что моя жена полная мразь, – без тени сожаления в голосе признался француз. – Она отказалась за меня платить, хотя деньги есть. Если выберусь отсюда, подам на развод, суд в такой ситуации ей ничего из моего имущества не оставит.

– Есть другие варианты получения выкупа? – спросил Данила.

– Остается работодатель. Зря я, что ли, на фирму двадцать пять лет ишачил?

Стальные ворота открылись. Во двор вкатил «Лендровер» Сармини.

Сабах сам сидел за рулем. Он посигналил, сгоняя с насиженных мест группку пленных арабов, после чего загнал машину в освободившуюся тень у самой стены. Прихватив с собой раскладной походный стульчик, он направился прямиком к французу. Поддернул брюки и сел напротив, саквояж поставил рядом. Смотрел слегка насмешливо сквозь поблескивающие стекла очков.

– Они согласились за меня заплатить? – не выдержал француз.

– Есть плохая новость. Ваша фирма отказалась от вас. Никто не любит расставаться с деньгами.

– И это после того, что я для них сделал? – Инженер стал впадать в прострацию.

– Но есть и хорошая, – рассмеялся Сабах. – Ваш страховщик согласен заплатить за вас. Как только к нам поступят деньги, вы будете свободны.

– Страховщик? – не понял француз.

Сармини доходчиво объяснил ему интерес страховщика к тому, чтобы сохранить своему клиенту жизнь. Инженер буквально залучился от счастья.

– Я бы до такого не додумался. Жена отказалась, дети, работодатель. А тут вдруг – страховщик.

Вы финансовый гений.

– Поздравляю, – ухмыльнулся Сабах. – Приятно слышать в свой адрес комплименты. – Сказав это, он повернулся к русским: – А вот с вами возникли проблемы. Телеканал, на который вы работаете, отказывается за вас платить. Причем не просто отказывается.

Данила и журналистка нервно жались друг к другу.

– До владельца я еще не дошел, но генеральный продюсер послал меня прямым текстом. Это плохо, очень плохо. Примерно такая же ситуация с вашим британским продюсером.

Вот только англичане словесно оформили все более культурно, но с тем же результатом – иди, мол, подальше. Кто еще может за вас заплатить два миллиона? Напрягите память, это в ваших интересах.

– Два миллиона? – изумился Данила.

– Журналисты дорогой товар. Особенно если они одновременно и шпионы.

– Мы не стоим таких денег, – нервно проговорил Ключников. – Никто за нас столько не заплатит. Еще двести, триста тысяч – это реальная цифра.