Им равных нет

Красавчик и ловелас, он исповедовал типичную для человека, от одного движения пальцев которого зависит – жить ему или взорваться к чертям, философию: хватай минуту, пока она не ухватила тебя за задницу. Загулы его стали притчей во языцех. Женщины в очередь выстраивались в его однокомнатную квартиру, которую он снимал для подобных встреч в городе. Обычно спокойный, даже сонный, при общении с женским полом он преображался и начинал так чесать языком, что даже Цыгану становилось завидно. Больше женщин Акула любил только свою рыжую длинношерстую таксу Клеопатру.

– Спой-ка, Юрец, разгони тоску. Нашу давай, – Цыган протянул Бизону гитару, спрятанную за железной солдатской койкой.

Бизон взял гитару. Провел неожиданно ловкими, хотя и похожими на сардельки, пальцами по струнам. Подтянул колок, остался доволен результатом. И запел:

Десант не знает, куда проложен

В полетных картах его маршрут.

Десант внезапен, как кара Божья.

Непредсказуем, как страшный суд.

У Бизона был роскошный хрипатый баритон, и пел он так проникновенно, что мурашки ползли по коже.

Песню эту вытащил Ник, который еще застал последний год Афганской войны. Забытая песня уже почти забытой войны, память о которой потускнела на фоне новых войн. И все равно в этих незамысловатых словах была волнующая и сегодня бесшабашная энергия людей, которые привыкли, не щадя ни себя, ни других, живя только боем, взламывать непреодолимые укрепления моджахедов, десантироваться с вертушек под ураганным обстрелом в чужих каменистых горах и огнем сметать идущие из Пакистана караваны… Эта старая песня стала гимном разведывательно-диверсионной группы.

И за три моря, и за три горя.

И с ветром споря или с огнем.

Уходим вскоре, со смертью споря.

Десант, не надо жалеть о нем…

Прав оказался Цыган. Для разведывательно-диверсионной группы ожидание продлилось сутки. Последовал приказ – получить штатное оружие и снаряжение, готовиться к переброске на Моздок.

Группа поступала в распоряжение разведывательного отдела командования группировки на Северном Кавказе.

Глава 5

Снайпер поймал в окуляр прицела едва заметное движение в зарослях и плавно выжал спусковой крючок. Снайперская винтовка Драгунова дернулась в его руках… И следом за этим возникла непоколебимая уверенность – цель поражена. Ни на чем не основанная – лишь немного всколыхнулась зеленка. Но снайпер знал – он попал.

Теперь пора менять позицию.