Пираты государственной безопасности

Стало быть, придется поискать. Впрочем, Жора наверняка производит погружение, не выпуская из виду фал сигнального буя. Искать затонувшее судно придется в том случае, если буй сброшен рыбаками траулера не совсем точно над целью.

В своей работе мы используем панель «P-SEA». Панель имеет цветной экран, отображающий хорошую картинку со сканирующего гидролокатора кругового обзора. Прибор немного тяжеловат – в воде его вес составляет около трех килограммов, зато он отлично видит в радиусе до сотни метров: рельеф подстилающей поверхности, движущиеся и статичные объекты, относительно крупные предметы, группы водолазов… Все это пеленгуется и графически отображается на экране с выводом данных о геометрическом размере объекта, дистанции до него, пеленге, высоте расположения над грунтом.

Навигационно-поисковая панель – настоящая палочка-выручалочка для нашего брата, особенно при затрудненной видимости под водой или при выполнении скрытных задач, когда высовываться на поверхность опасно.

– Ротонда, я – Скат, – снова зовет друг.

– Скат, Ротонда на связи.

– Достигли дна. Наблюдаем якорь фала. Траулера поблизости нет.

– А на экране панели?

– Тоже пусто.

Ну, вот и первые сложности. Вспомнив о течении, я советую сместиться первой паре к северу.

Через несколько минут раздался радостный голос Георгия:

– Ротонда, есть контакт! Лежит, родимый, в двухстах метрах от якоря с фалом.

– Скат, как температура?

– Терпимо. На глубине, по показанию компьютера, семь с половиной градусов, – бодро рапортует Георгий.

 – Сейчас осмотрим «рыбачка» и потихоньку пойдем наверх…

Благодаря жаркому лету температура воды в Баренцевом море держится вполне сносной. Семь с половиной градусов – не самый худший вариант из тех, что нам доводилось испытывать на собственной шкуре. Многослойные гидрокомбинезоны мембранного типа в сочетании с толстым тинсулейтовым нательным бельишком неплохо спасают от холода, но чертовски затрудняют движение. Работать на глубине в такой одежде тяжело, неудобно и утомительно, поэтому смены сокращены до минимума.

Через несколько минут динамик станции снова гудит голосом товарища:

– Ротонда, я – Скат. Осмотр закончили, приступаем к подъему.

Мы настолько давно знакомы с Георгием, что я легко распознаю его настроение по интонациям. На этот раз он чем-то расстроен.

Интересуюсь, забыв про формальности радиообмена:

– Что там, Жора?

– В двух словах не опишешь.