Порт семи смертей

Майор французского легиона был удивлен, увидев напротив себя человека в таком же звании. Прежде чем начать разговор, он некоторое время пялился на звездочки старшего офицера, видимо соображая, в каком тоне ему вести предстоящей диалог.

Нам прибыли зачитать ультиматум, понял Кривошеев, как только француз открыл рот. Слова не важны, важен тон. А он был уничижающе пренебрежительным. Так иногда со злой дворовой собакой разговаривает человек, отдавая ей колбасу за проход без укусов: «Ну что, сука, сожрала? Теперь вали отсюда».

Командира роты охраны французской военной базы плотного невысокого легионера звали Луи Паскаль, он говорил на плохом английском и на плохом русском, и, наверное, на плохом французском, на который он, впрочем, не переходил.

Кривошеева совсем не волновал француз, его напрягало то, что они сейчас замерли на простреливаемом месте и поэтому после того, как были совершены приветственные действия, предложил пройти ближе к складам и встать за брошенными автомобилями. Он также предложил перегнать французу джип, но тот поблагодарил и, улыбнувшись тонкими губами, пошел один вместе с майором.

«На маньяка не похож. Знает, что не будут стрелять? Может быть».

За грузовиками переговоры продолжились. Майор выдержал паузу, давая возможность гостю открыть рот, поскольку не он приехал к французу, а совсем наоборот. Хотя в глобальном плане, это как посмотреть. Если вспомнить, что Джибути была несколько веков французской колонией, а сейчас находилась в зоне влияния Парижа, так это Кривошеев в гостях.

– У вас не слишком много людей, – первое, что сказал Паскаль, глядя через плечо широкого морпеха.

У Кривошеева хватило дипломатического такта. Он лишь кивнул головой, не произнеся ни единого слова.

– Здесь сложная политическая ситуация.

– Yes, – согласился майор, показав, что он хотя бы понимает, что ему говорят.

– Вы забрались достаточно далеко от России, не так ли?

Майор снова осторожно кивнул.

– Нам поставлена задача нашим правительством навести порядок в этой республике.

Майор сморгнул, усмехнулся, мол, а если я тебе, сука, припомню французские магнитные мины, с помощью которых местные дебилы пытались утопить наш сухогруз, то получится совсем неприятная картина. Вслух же он произнес абсолютно иное:

– Да, обстановка напряженная.

Бертолет презрительно сплюнул на землю.

– Никак легионер.

– Да, – согласился Поручик.