Последний десантник

– Так ведь я… свой! Ведь я за него в огонь и в воду! Я самый ценный человек во всей государственной безопасности нашей страны!

– Судьба одного человека, пусть даже и ценного, – ничто по сравнению с исполнением или неисполнением приказа, – напомнил Чингиз очевидное.

Латыпов затих – видимо, все понял. А Чингиз, сосредоточенно глядя на дорогу, уже выстраивал безукоризненный, с его точки зрения, план шантажа свергнутого президента. За последние десять минут план этот окончательно выкристаллизовался в его мозгу.

Ему, Чингизу, не следовало никуда исчезать и тем более выдвигать какие-нибудь требования от своего имени. Роль шантажиста отводилась полковнику Латыпову – уже почти что покойному. Александру Арзибековичу следовало доложить следующее: мол, он, Чингиз, все сделал правильно. И с плавучими минами, и с видеообращением. Но вот непосредственный исполнитель Кунан Латыпов оказался редкостной сукой и предателем. Обладая конфиденциальной информацией и компрометирующей видеосъемкой, он решил шантажировать единственного легитимного президента, вымогая за видео огромные деньги, – а иначе, мол, все эти записи отправлю в Гаагу.

Чингиз уже знал, как можно убедить в этом Александра Арзибековича: грамотным видеомонтажем недавних откровений Латыпова в салоне джипа. Фраз «такая операция дорогого стоит» и особенно «собираюсь залечь на дно и ждать, когда Александр Арзибекович выйдет на связь со мной», смонтированных в нужной последовательности, было более чем достаточно, чтобы убедить и без того подозрительного диктатора в отступничестве бывшего полковника спецслужб.

Что остается в таком случае бывшему президенту? Правильно: приказать Чингизу заняться поисками «залегшего на дно» Латыпова. Иными словами, Чингиз будет искать самого себя – под именем погибшего Кунана. Но кто сказал, что фальшивый Латыпов не сможет перехитрить и Чингиза, и Александра Арзибековича? Вот и придется последнему раскошелиться на весьма немалую сумму.

Сам же Чингиз при этом не только получит причитающиеся покойнику деньги, но и сохранит лицо перед экс-руководителем республики… А дальше – хоть трава не расти.

Из-за поворота показалась невысокая труба покинутого завода. Черный джип въехал в заброшенный заводской двор, заваленный битыми бетонными блоками, ржавым металлическим ломом и кирпичным мусором. Ямы для гашения извести темнели в самом конце двора.