Тельняшка – наш бронежилет

Считаем, что наряду с уже принятыми мерами по освобождению сухогруза следует срочно принять меры по выяснению характера груза. Не исключено, что в контейнерах находятся радиоактивные отходы.

    Начальник четвертого аналитического Управления МИДа

    Сорокин И.П.

6

17 сентября 2009 года. 16 часов

Находясь в воздухе над сухогрузом, Батяня наблюдал, как один за другим опускались на парашютах на плоскую палубу вэдэвэшники. Быстро погасив парашюты, они тут же выстраивались в стороне, освобождая место для товарищей.

Пока все шло по графику: первым опустился юркий Калмыков, потом Шестов...

Собрав парашюты, бойцы смотрели вверх – ожидали командира.

Погасив парашют и освободившись от строп, Батяня махнул рукой в сторону открытой двери машинного зала сухогруза. Он первым и бросился в темное, неосвещенное пространство, туда, вниз, в утробу судна, по гулкой металлической лестнице. Сзади загрохотали ботинками бойцы.

Как только группа спустилась по лестнице, дверь за ними захлопнулась.

Кто-то поставил Батяне подножку, он упал и тут же почувствовал, как на него навалились сверху. Кто-то большой и грузный. Здоровой лапищей этот кто-то сдавил ему горло.

«Опытный, гад», – мелькнуло в голове у Батяни.

Памятуя основное правило самбиста – давай волю противнику и действуй по его же правилам, – Батяня быстро и резко, как бы не сопротивляясь, откинул голову в сторону и тут же, как только медвежья хватка ослабла на мгновение, перехватил кисть, сдавливающую его горло.

Сила на силу... До зубовного скрежета... Но и противник попался сильный – стонал, но хватку не ослаблял...

И снова отработанным приемом самбо Батяня, резко ослабив хватку, правой рукой ударил в невидимое лицо...

Нужно было что-то предпринимать, Батяня чувствовал, что простой силой этого невидимого «медведя» ему не одолеть. Удар – и это Батяня почувствовал по боли в руке – пришелся «медведю» в подбородок.

Медвежья хватка на мгновение ослабла, и тогда изо всей силы, упираясь ногами в железную лестничную планку, Батяня резко бросил свое тело в сторону. Грузная махина, не ожидая такого подвоха, соскользнула с него. Но его огромная лапища продолжала тянуться к горлу. Казалось, что этой невидимой в темноте махине не знакомы ощущения боли.