Украденный атом

Разведчик сделал это как раз вовремя. Бандит, уцелевший в его номере, успел спуститься по лестнице и как раз вылетел из дверей отеля. Тут-то Павел и подкараулил этого фрукта. Мерзавец захлебнулся собственной кровью. Пуля пробила его горло.

Агент высунулся было из-за машины, но короткая очередь тут же разбросала гравий перед его ногами.

«Если не сменить укрытие, то мне конец», – как-то на удивление спокойно подумал Павел.

Можно было повернуть за угол и попытаться скрыться, так как бежать назад по широкой улице, надеясь, что его не зацепят, было глупо.

Продолжать сидеть в столь неудобном положении никак нельзя. К тому же темп стрельбы заметно поубавился. Это значило, что арабы сейчас обходили его с двух сторон. Они явно имели некоторый опыт в ведении боя в условиях города.

Сотрудник СВР рванулся в узкий переулок между домами. Спрятаться там было некуда. Рядом стояли небольшие мусорные баки, за которыми едва можно укрыться. Оставалось бежать вперед, подставляя спину. Сзади послышался топот арабов, догоняющих его.

Павел понесся по переулку, моля бога, чтобы преследователи были не столь расторопными. Но высшие силы ему не помогли. Три человека преградили ему путь невдалеке от перекрестка.

«Да сколько же вас тут?»

Он уже понял, что враги загоняли его в ловушку с самого начала. Теперь он был на прицеле с двух сторон, бежать некуда, разве только улететь. Он затылком ощущал стволы «Ониксов», направленные на него. Оставалось только…

Павел метким выстрелом сразил одного из трех арабов, преграждавших ему путь, и бросился навстречу смерти.

Остальные двое не ожидали такого напора от загнанной жертвы и немного замешкались.

Этого хватило, чтобы сократить дистанцию. Павел уже прицелился было в самого крупного, но ощутил резкое жжение в районе бедра. Арабы, приближавшиеся к нему сзади, не побоялись, что зацепят своих, начали стрелять.

Стремительный рывок превратился в безвольное падение. Ноги Павла подкосились.

Он прижался спиной к стене, заметил, как в конце переулка замаячили тени врагов, приближающихся к нему, и подумал: «Неправильный выбор я сделал, сам себя загнал в западню».

Выход оставался один. Никакого страха. Действия разведчика были отточенными, уверенными. Он сменил магазин, щелкнул затвором пистолета, угостил противника еще семью пулями и удовлетворенно усмехнулся, услышав крик. В рукоятке пистолета оставался один патрон.

– Положил четверых, зацепил еще одного.