Завербованная смерть

Оршанский высмотрел в базарной суматохе старого клоуна, подошел к нему и осторожно тронул за плечо.

– Игорь Вениаминович, – заговорщицки прошептал журналист, – у меня благодаря вам сэкономилась некоторая сумма валюты. Давайте уйдем из этого вокзального гама, и я, насколько смогу, познакомлю вас с достопримечательностями этого неповторимого средиземноморского курорта.

– Спасибо, Сашенька, – вежливо откликнулся Игорь Вениаминович, зорко наблюдая за всеми передвижениями обслуживающего персонала, – в другой раз – всенепременнейше.

Но пока мы с тобой не обеспечены жилплощадью, такой поход будет крайне неразумным.

– Да что с ней будет, с жилплощадью-то? – искренне удивился Оршанский. – Через час-другой соберут, попросим кого-нибудь присмотреть за пожитками, а сами хоть отдохнем за это время. Завтра поставят шапито, начнутся репетиции и выступления, когда еще свободная минутка выпадет?

– Нет, Саша, я педант, – решительно качнул головой старый циркач, – творческого бардака не приемлю. Вещей у меня хоть и не много, но у каждой есть свое место.

Это даже не привычка, а годами отработанный церемониал. А время посетить местные достопримечательности мы с тобой обязательно найдем, – успокоил он журналиста.

В ответ Оршанский только тяжело вздохнул. Развернуться и уйти в солнечный город, навстречу лазурному морю и пляжам сейчас было бы по крайней мере нетактично. И хоть его дружбе с Хруцким и шел-то всего седьмой или восьмой час, все равно поступить вот так…

– А ты тут не торчи.

 – Игорь Вениаминович словно угадал чаяния молодого человека. – Ничего полезного, а тем паче – интересного ты сейчас не увидишь. Вокзальные крики да базарная ругань. Сходи искупайся, попей пивка, или чего тут модно пить?

– Вино, – отозвался Александр.

– Вот, – благодушно согласился старый клоун, – отведай нектара местного разлива. А вечером – милости прошу, так сказать, на новоселье. Я ведь гражданин эсэсэсера, старой закалки, одним словом. – Игорь Вениаминович слегка встряхнул свой походный саквояжик, в котором тут же многозначительно булькнуло и раздался глухой звон нескольких бутылок.

 – Неприкосновенный запас – дело святое.

– Не пойдет в такую жару водка, – с сомнением качнул головой Оршанский. – Может, купить чего полегче?

– Водка на то и водка, что всегда к столу, – поучал журналиста старый клоун, – а довериться местному разливу в первый же вечер – все равно что Родине изменить. Успеется, попробуем еще и местной бормотухи.