Жиган и бывший мент

И это еще сильнее подогревало его желание разобраться в ситуации. Если убрали Воловика…

Что стоит людям, которые это сделали, убрать и Константина, а вместе с ним и Маргариту?

Сев за столик в открытом кафе, Константин достал из кармана два узких и длинных конверта и вытащил из каждого по листу бумаги.

Две фамилии, две краткие характеристики деловых и человеческих качеств, две краткие биографии и, наконец, два адреса. Вот это и нужно Константину. Эти люди наверняка в курсе всей интриги, в которой они должны принимать самое активное участие.

Константин найдет их и узнает полную правду.

Первый – управляющий «Импорт-банком», прочно держащимся в десятке крупнейших московских банков, Олег Кабанов, молодой, но уже достаточно опытный в банковском бизнесе человек. За его плечами работа в крупнейших банках России, естественно из той группы, которая контролировалась Воловиком, успешно проведенные операции на рынке ГКО, работа экспертом в парламентском бюджетном комитете.

Константин сразу понял, что встретиться с ним не очень-то просто.

Его наверняка охраняют, а Константину уже смертельно надоели и стрельба, и драки, и погони с преследованиями.

Впрочем, в досье указан номер мобильного телефона Олега Кабанова. Это значительно облегчает дело.

Константин тут же решил позвонить ему.

Сначала он выслушал вежливый отказ в просьбе встретиться с ним. Но тут же прозвонил снова и прежде, чем Кабанов успел вновь сослаться на свою занятость и отказаться от встречи, сказал:

– У меня есть поручение лично для вас, – и, не дав своему собеседнику возмутиться, добавил: – От Генриха Львовича…

– Вы знаете, где он? – тут же перебил его Кабанов.

 – Где?

Константин медленно покачал головой, словно его собеседник мог его увидеть.

– Не знаю, – ответил он. – Но поручение для вас у меня все же есть. Как я могу вас увидеть?

– Через час в «Импорт-банке», – ответил Кабанов. – Охрану я предупрежу.

Через час Константин уже сидел в глубоком кожаном кресле напротив расположившегося в точно таком же кресле Олега Кабанова.

На низком столике между ними стояли перед каждым по бутылке лимонной «Перье», пепельница, лежала зипповская зажигалка и пачка «Парламента».

– Вы должны, конечно, знать, что Генрих Львович сделал на вас самую серьезную ставку, – первым заговорил Константин.

– Мы с вами находимся в неравных условиях, – осторожно сказал Кабанов. – Вы знаете, кто я, я же о вас ничего не знаю. Не хотите представиться?

– Не хочу, – отрезал Константин.