Жиган и бывший мент

А он научится, иначе на кого же все оставить?

Но в тех же документах был оговорен и размер вознаграждения, которое сын будет получать за такую деятельность. Конечно, среднему российскому обывателю сумма, указанная в документе, показалась бы огромной, но все в этом мире относительно, и по сравнению с тем, что мог бы иметь Владислав Воловик, если бы вступил в полное наследование отцовскими компаниями, банками и предприятиями, эта сумма была мизерной.

Владислав Воловик матерился, бился головой о стену, когда был один, орал на своих, вернее, отцовских юристов, когда появлялся в офисе отца, но все было без толку.

На голове оставались шишки от ударов о стену, юристы разводили руками, они добросовестно выполнили задание, данное им Генрихом Львовичем, и не оставили никаких лазеек, позволяющих изменить ситуацию. Да и не торопились они слишком усердствовать. Чем черт не шутит, вдруг вернется Воловик-старший.

Кто тогда будут отвечать перед ним? Вот то-то и оно! Такие дела спешки не терпят.

В конце концов, это не их проблема. Не терпится Владиславу Генриховичу стать полновластным хозяином отцовской «империи» – пусть он и ломает голову, как выпутаться из дурацкого положения. Пусть ищет своего папашу или доказывает факт его смерти. Юристы не сыщики, в конце концов.

Владислав этим, собственно, и занимался. Он сразу сообразил, что на юристов надежды нет. Не только отцовских. К кому бы он ни обращался, к самым лучшим, к звездам первой величины, те только разводили руками.

Приходили, правда, к нему какие-то неизвестные личности, называли себя адвокатами и предлагали решить его проблему, просили в виде гонорара заключить с ними договор на управление его активами. От их услуг он отказывался. Несмотря на свою молодость, он не верил в гениальных и безвестных, он все же носил фамилию Воловик, и хоть дурачился и куражился порой в силу своего возраста, но человеком был осторожным и прижимистым. В папу.

Поэтому он сразу же занялся поисками отца. Или хотя бы каких-то его следов. Но единственное, что удалось ему узнать, что Генрих Львович, выступив на совете директоров «Демократического банка» с концептуальной речью, определяющей стратегию банка на следующие пять лет, отсидел положенное приличием время на банкете по случаю шестидесятипятилетия управляющего этим самым банком, а затем отправился к своей любовнице в квартиру на Сивцевом Вражке.