Жить и умереть свободным

Ни тетрадей, ни авторучек, ни тем более книг в Февральске почти не покупали. Исключение составляли разве что стаканы и рюмки, однако новую партию посуды в этот раз не завезли.

– Ты бы мне помогла, что ли, – продавщица винно-водочного недобро зыркнула на молодицу. – Стоишь тут с самого утра, мечтаешь…. О мужике небось?

– Да разве в нашем Февральске мужики-то толковые остались? – трагично вздохнула чернявка.

– Ну а Миша Каратаев? – закончив с подсчетами, огромная тетка отложила калькулятор. – Чем не мужик?

– Тоже мне, нашла о ком вспоминать.

Ты бы еще о Ди Каприо размечталась… Миша – классный дядька, конечно же! Красивый-богатый-неженатый. Но ведь он с медсестрой Танькой ходит. Тоже мне, нашел на кого глаз положить! Ни кожи ни рожи…

– А ты сделай так, чтобы он на тебя глаз положил… Ты ведь баба, должна уметь мужчин соблазнять!

– Так ведь Миша на всех наших поселковых девок давно уже забил! – с еще большим трагизмом воскликнула молодица. – И вообще странный какой-то.

Живет как ненормальный в тайге, а в Февральске раз в неделю появляется. Нет чтобы в клуб пойти или в гости к кому, нажраться по-человечески, так нет. Поставит свой джип – и сразу к Таньке. А Дробязка, та, наверное, пока его рядом нет, на стороне амуры крутит в своем гарнизоне.

– А ты видела?

– А чего тут смотреть? Знаю я тех медсестер! Все на передок слабы! А как им спирта нальют – и подавно…

– Тяжело нам, одиноким бабам… – бесформенная туша в тулупе с драматичным вздохом отложила тетрадь.

 – И сходить в нашем сраном поселке уже некуда. Клуб был, и тот закрыли. И мужиков нормальных не осталось. Или бомжи, или пенсионеры, или китайцы…

– …или вертолетчики, – напомнила молодая продавщица.

– Да ты про тех козлов лучше и не вспоминай! Одни алкаши и хамы. Ни обхождения, ни понятия. Кроме мата и армейских команд, других слов и не знают. Сюда же, в нашу часть, самый что ни на есть сброд отправляют со всего Дальнего Востока. Ну, кто на прежней службе пил сильно, или проворовался, или солдат избивал, или как-нибудь по-другому проштрафился.

Какой у них с нами, женщинами, разговор? Нажраться, проблеваться – и сразу в койку.

– А в койке их уже ни на что не хватает! – с надрывными интонациями подхватила молодая. – Наврет перед этим тебе три короба про свои мужские таланты, а потом к стене отвернется – и дрыхнуть!

– Как грится, кто с водкой дружен – тому хер не нужен! – вынесла вердикт огромная тетка.