Жулик: грабеж средь бела дня

Базарное утро кончалось. Оглушенные покупатели слонялись по лабиринтам торговых рядов. Несмотря на солнцепек, народу было немало. Стараясь держаться теневой стороны, посетители рынка передвигались от прилавка к прилавку со скоростью снулых мух.

И никто не обращал внимания на длинную, как швабра, женщину, энергично вышагивающую от лотка к лотку. Выглядела она весьма колоритно: короткая стрижка, плоская грудь, позеленевшее от водки и анаши лицо… Грязная марлевая повязка на шее поддерживала негнущуюся загипсованную руку.

Видимо, рука была покалечена очень серьезно: толстый слой лубка скрывал ее всю, от предплечья до кончиков пальцев. Несмотря на жару, покупательница была в длинной плиссированной юбке и широченной шерстяной кофте.

Походив по рынку минут пятнадцать, она наконец-то остановилась в бакалейном ряду. Водрузила на прилавок загипсованную конечность, взяла здоровой рукой банку кофе и, критически осмотрев ее, уточнила прокуренным баритоном:

– Натуральный?

– Естестн-на! – Толстая потная торговка ощерила в улыбке полкило золотых протезов.

– Подделка небось? – Покалеченная рука медленно сдвинула в сторону разложенный товар и легла на самый центр прилавка.

Златозубая продавщица неодобрительно покосилась на загипсованную часть тела, но возмущаться не стала: покупатель всегда прав. Да и несчастной калеке наверняка было трудно держать на весу несколько килограммов гипса.

– Да что вы, какая подделка! Это Бразилия, – горячо заверила торговка и для пущей маркетинговой убедительности даже процитировала надпись на банке: – Вот, смотрите, внизу написано: маде ин Бразил…

Однако покупательница упорно не верила, что кофе происходит из страны диких обезьян.

– Да че ты мне тут мозги полощешь? – недоверчиво поморщилась она и, ловко достав здоровой рукой «беломорину», щелкнула зажигалкой. – Написать что угодно можно. У меня в подъезде и не такое написано. Фуфель это, натуральный. Я у тебя уже раз кофе купила – потом три дня с толкана не слазила.

Осторожно сняв с прилавка покалеченную руку, привередливая покупательница отошла от лотка. Но не успела она сделать и трех шагов, как сонную атмосферу рынка прорезал истошный вопль:

– Нюра, это воровка! Вон та, инвалидка! Она у тебя половину товаров унесла!

Женщина-инвалид резко оглянулась и ускорила шаг. А из-за прилавка уже выбегала встревоженная торговка Нюра. Бегло осмотрев свой лоток, она сразу же убедилась в правдивости обвинений.