Бочка. Рассказы, сатира и Юмор

И снились ей горы ароматных сосисек и колбас, возле которых с вилами бегал вахтер Павел. И гоняла она его от этих дорогих ее сердцу гор, злобным рычанием. И не давала ему нацепить на вилы этот милый драгоценный продукт. И лаяла, лаяла, лаяла.

Но вахтер не сдавался, прохвост, и все норовил ударить пса в лохматый бок железной громадной вилкой. Да промахнулся бедолага, и упал обессиленный громко рыдая. А она зарылась с головой в душистый деликатес и долго наслаждалась его количеством… и качеством. Радуясь своей собачьей жизни.

Леха-Перец подошел к клумбе и вырвал из земли все нарциссы. Выкопал яму и погрузил туда бочку ровно до половины. Укрепил ее в этой яме землей. Подогнал машину. Сунул в бочку шланг и, нажав на какой-то рычаг, наполнил эту бочку цементом. Вытащил из кабины маленький лист фанеры, положил сверху, улыбнулся и сел в кабину.

Машина, урча, скрылась в темноте сельского поселения.

А утром наступило воскресенье, и на работу в сельсовет, конечно же, никто не явился. Службу несла только собака, но ей до бочки после сытых снов не было никакого дела.

Тем более что запах от железного сосуда шел ну никак не колбасный, а очень противный, с привкусом бетонной панели и «95» бензина.

А вот в понедельник все и случилось.

Ровно в девять часов к зданию подъехал Дормидонт Афанасьевич. Зевнул широко, оглядываясь по сторонам. И его нацеленный взгляд уперся во вкопанную до середины бочку. И рот от непонятного волнения отказывался закрываться обратно. Пришлось помочь ему рукой.

– Что это?! – заорал глава сельсовета, непонятно к кому обращаясь.

Рядом никого не было, а на дверях висел замок.

Собака сглотнула слюну и размазалась от страшного вопроса внутри будки по стенам. Лишь быть незамеченной. А то будет, как всегда. Тычки. Глупые вопросы. Тренировки. Лишение пищи и воды. И обещания сдать на мыло.

– Я повторяю – что это?!

Оглянувшись по сторонам, Дормидонт понял, что орет в пустоту. Никого еще нет. Вытащив из машины большой кожаный портфель, он достал из кармана ключ и, открыв дверь, со злостью кинул замок на землю, прошел внутрь здания в свой кабинет.

Усевшись за стол, позабыв даже снять шляпу, стал дожидаться прихода на работу сотрудников.

Первым явился вахтер Павел. Или, как его звали за глаза – Пашка-дурашка. Бочку, вкопанную в клумбу, он тоже увидел. Павел Яковлевич уже был пенсионером. Работал до пенсии грузчиком. Имел судимость за уклонение от уплаты алиментов. Был должником в тринадцати банках.