Орден хохочущего Патрикея

Он тяжело вздохнул, спрятал трубу в шкаф и поспешил вниз – выручать разиню.

– Ты кто будешь-то? – участливо поинтересовался он у Никанора, сумев, наконец, усадить его.

Вопрос был отнюдь не праздный: после столкновения со столбом пациента пришлось приводить в чувство не меньше получаса.

– Не знаю… – прошептал искатель приключений, ощупывая на лбу огромную шишку, и жалобно добавил: – Ничего не знаю…

Никанор забыл все: кто, откуда, как оказался здесь. Он забыл о кладах и раскопках, об Атлантиде и Трое, о золоте скифов и могиле Тамерлана, даже о китайском ордене с мордой хохочущей лисы.

***

– Ну, почему всегда так?! Вот всегда! Ни чему жизнь не учит! А я предупреждал! Говорил же: оставь, не пей. Особенно, если единственным леденцом закусывать и при этом лопатой на жаре махать – можно и кони двинуть!

Горестный монолог не произвел никакого, даже психотерапевтического, эффекта. Лохматый тощий парень, в прошлом студент исторического факультета, а на данный момент член археологической экспедиции, облизнул растрескавшиеся от жары и пыли губы, перевернул выцветшую бейсболку козырьком назад, зачем-то протер черенок заступа и снова с ненавистью посмотрел на друга, мертвецки прикорнувшего на краю раскопа.

У беспробудного тела товарища крутилась приблудная псина и с интересом облизывала его руку.

Парень негодующе плюнул:

– Ведь клялся, сволочь! В грудь себя бил! Еще утром пузырился: не буду, мол, только если вместе вечером посидим у костра культурно… Посидели! Собаку эту шелудивую привадил! Толку никакого – только жрет! Нюх у нее… На харчи у нее нюх! С какого перепуга она будет древние захоронения искать, когда свежие макароны есть?! Говорил же этому убогому: давай квасом торговать на розлив.

Между прочим, верная прибыль, если знать, где стоять. Нет! Ему же экспедицию подавай! Историко-культурное наследие, бла-бла-бла! Чтобы сразу обогатиться и прославиться: два в одном! Прямо шампунь-кондиционер! Как же! Разбогатеешь тут! Третий месяц под этой стеной китайской ковыряемся! Надо было с остальными сваливать еще неделю назад. Ловить здесь нечего. Спирт закончился, крупа тоже. Дальше только из этого пса рагу по-корейски готовить!

Парень похлопал себя по тощей ляжке, собака неуверенно вильнула хвостом, но не подошла.

– Что смотришь?! Боишься, съедим тебя? Не переживай! Скорее, ты нас! – он тоскливо огляделся. – Все-таки Валек злой в работе-то. Особенно, если выпьет.