The злой

Передернув затвор, неожиданно заорал:

– Слушайте сюда ублюдки, у меня пара Калашей, два цинка патронов и столько гранат, что смогу неделю от вас отбиваться! Меня вы хрен достанете, а вот вы точно домой не вернетесь!

– Нам только поговорить…

– Хозяина дома нет, а вы шакалы решили семье его навредить? Герои значит?! Что ж вы не на войне сейчас? А? Мы воевали, чтобы вы твари дышали, а вы, крысы поганые, мародеры…

– Да ничего не будет, клянусь тебе! – раздался скрипучий голос Гегама с той стороны.

– А тебе падла, точно конец. Ты думаешь, что тебе сойдет это с рук? Половину из вас я точно знаю. Достану поодиночке, где бы вы ни были, шакалы. Вы либо идиоты, либо самоубийцы.

– Мы просто хотим узнать, где хозяин дома!

– А то вы не знаете, что его здесь нет! Значит решили поиграть со мной? Хорошо, так и быть. Считаю до пяти и открываю огонь! Но предупреждаю, потом буду добивать вас у вас же дома, с вашими семьями! Раз! Живым не уйдет никто. Ни вы, ни ваши родные. – продолжал дядя Роберт.

 – Два!

Послышалось шевеление, какой-то ропот. Видимо за дверью активно шевелили мозгами, держа совет, как им быть дальше. Ведь звук затвора ни с чем не перепутаешь, а сдохнуть если не у всех, то у многих из них шансы были вполне реальные. Думаю, что им не очень хотелось сталкиваться с ветеранами, особенно когда те вооружены не слабо.

– Три! Вашу мать, еще два счета и вам конец, твари!

Голоса стали еще громче. Мне показалось, что на верхних этажах тоже что-то происходит.

Так и было, позже узнал, что один из соседей забаррикадировал дверь семьи Гегама снаружи и сверху, целясь в проем лестничной площадки вежливо убеждал тех бандитов убраться. И к нему потихоньку присоединялись другие мужчины.

– Четыре! Ну, готовьтесь шакалы!

Послышался беспорядочный топот ног, активно топающих вниз с нашей лестничной клетки, который явно ускорился, когда дядя Роберт начал проворачивать замок в двери и откидывать цепочку. Наверное, чтобы не терять время, когда начнется стрельба, а может гранату хотел кинуть.

Не знаю. Я так и не спросил его. И если честно, я его больше не видел никогда после этого случая. Ему пришлось уехать из страны через пару лет, уж не знаю куда и почему. В любом случае, до пяти он не досчитал. Бросившись к окну, которое выходило во двор, я увидел, как из подъезда вышла толпа мужчин, быстрым шагом направляющаяся кто к машинам, кто к выходу из двора. Крысы растворились во тьме ночи.