Антидемон. Книга 10

А так, когда я атаковал то с одной, то с другой позиции, это внимания не привлекало.

К сожалению, как мои атаки, так и атаки других наших магов давали крайне мало результата. Сражаться днем намного хуже, чем ночью, результативность никакая. Достать можно разве что кого-то из врагов, кто случайно выйдет за пределы барьера. Повезти может также, когда вражеский барьер лопнет от нашей групповой атаки, и чье-то атакующее заклинание ударит по врагу, пока вражеский архимаг не успел возобновить защитный барьер.

Но это уже больше зависит от везения, чем от искусства вести бой, а это профессионалу всегда неприятно. Потому как архимаг возобновлял разрушенный барьер примерно за секунду, а за это время можно только заметить его отсутствие и скастовать новое атакующее заклинание, а ведь ему еще нужно время, чтобы долететь до врагов!

Конечно, и мы, и враги использовали стратегии, чтобы попытаться нанести друг другу больший урон. Самой простой была атака в две волны – первая должна перегрузить вражеский барьер, а второй удар нужно произвести так, чтобы урон попал во врага сразу после того, как барьер лопнет.

Объединяли силы и маги, и солдаты, стрелы и копья которых были увенчаны активированными взрывными артефактами.

Самой главной проблемой подобной стратегии было полное ее понимание другой стороной, а если знаешь замыслы врага, то кто тебе мешает принять меры к их разрушению? Проще всего второму архимагу скастовать второй барьер в тот самый момент, когда наша первая атака обрушивается на врагов.

Положительной стороной сложившейся ситуации было то, что как мы, так и враги почти не несли потерь. Самое жестокое сражение тут произошло до того, как появилось нынешнее равновесие на этом участке фронта. Вот тогда, пока преимущество было у атаковавшего нас внезапно противника, на этом узком участке фронта погибло сотни полторы человек. В основном такие же группы, как наша, с недостаточным количеством в них серьезных магов.

А мы еще живы лишь потому, что капитан принял непростое решение отойти с занятого первоначально участка фронта. Непростое потому, что стоило этот маневр заметить издалека какому-то командиру, не очень разбирающемуся в нашей нынешней ситуации, как его могли бы обвинить в трусости и отходе с занимаемых позиций. А это полный крах военной карьеры, даже если потом отмоешься. Потому он так напряженно и думал в тот момент, когда мы были на грани гибели.