Кровавый бог

Но сам текст письма привел его в полное изумление.

– От короля Ангэрэда главе клана Манивальду. Благодарю за предупреждение о нападении. Битву нам эту не выиграть. Жаль, нет никого, кто мог бы воспользоваться огнём в нашем лесу против кровавых колдунов.

Король.

Манивальд прекрасно понимал, что такое эзопов язык. И раз за разом перечитывал текст про себя, пытаясь осознать, правильно ли он понимает, что король эльфов даёт ему карт-бланш на поджог священного эльфийского леса.

Первым не выдержал прямолинейный американец.

Смотря на изумлённо выпученные глаза Манивальда, ему нестерпимо захотелось узнать, что же такого написано в этом письме.

– Там что-то важное, коллега? – спросил он Манивальда.

Только услышав этот вопрос, Манивальд наконец осознал, что он по-прежнему находится за столом рядом с другими кланлидерами альянса. Но только он открыл рот, параллельно прикидывая, стоит ли озвучивать текст письма, как вдруг свиток вспыхнул синим пламенем прямо в его руках. Манивальд выронил его на стол, чтобы не обжечься, и через пару секунд о том, что письмо вообще было, напоминала только горстка пепла у его рук на столешнице.

– Черт побери! – пораженно сказал он, – вот теперь я действительно уверен, что правильно понял текст!

И, не желая больше томить других кланлидеров в ожидании, возбуждённо сказал:

– Король эльфов, по сути, в завуалированных выражениях, попросил нас поскорее поджечь священный эльфийский лес, чтобы досадить захватывающим его кровавым колдунам. Раз уж письмо было зачарованно, чтобы тут же сгореть, я явно не мог ошибиться в его смысле! Поразительно!

Краткое изумлённое молчание было прервано словами американца:

– Ну так чего же мы ждём! Давайте поджарим кровавых колдунов!

– Секунду, секунду, давайте не будем спешить, и подумаем, как нам подстраховаться, – остановил его осторожный, как все китайцы, Ма Имин, – а не стоит ли подумать о том, что король эльфов впоследствии может все же спустить на нас всех собак за этот пожар, и на его разрешение мы сослаться не сможем! Свиток с письмом благополучно сгорел, а наше слово для надменных эльфов имеет не большее значение, чем брехня бродячей собаки.

Они, кстати, как-то так наши кланы и называют – бродячими. Плевать они хотели на каждого, у кого нет земель во владении, и длинной череды высокопоставленных родственников.

Манивальд решил, что в речи китайца все же многовато упоминаний про собак в разном контексте, как будто он не китаец, а кореец.