Ревизор: возвращение в СССР 10

Работяга одобрительно хмыкнул, а мне ощутимо прилетело в бок. Оглянувшись, увидел строгое лицо жены.

– Милая, я пошутил! – улыбнулся я.

– А что ты шутишь, когда у человека трагедия? – спросила меня жена строго.

– Извини, люди по-разному реагируют на такие вещи, – повинился я, – врачи вон, даже шутят в морге вовсю. Стресс так снимают. Вот я и попытался сгладить для себя остроту ситуации…

– Га-алечк-ааа! – вдруг раздался сверху душераздирающий вой.

Мы с женой застыли, уставившись друг на друга, потрясённые догадкой.

– Эдичка… – прошептала жена. – Он меня вчера замуж звал…

– Чего?!

– Ну да. Иннокентич решил, что он ещё в себя не пришёл после запоя. Домой вроде его отправил.

– Видимо, не дошёл до дома, или решил вернуться, – пробормотал я.

Мастерская находилась на втором этаже. Вроде как и невысоко. Но потолки в корпусе пять или шесть метров. Второй этаж, как обычный третий. Хотя, сколько я ни всматривался сквозь сумерки, ни одного открытого окна во всём корпусе не увидел.

Оглядевшись по сторонам, подошёл к скучающему милиционеру возле милицейского УАЗика.

– Слушай, командир. – обратился я к нему. – Что тут творится? Где этот прыгун?

– На крыше. – ответил тот.

Блин! Три этажа по пять-шесть метров, это все пять обычных. Хана будет Эдичке, если сдуру спрыгнет. Вот же дурной на голову художник… Ну пьешь ты себе, так пей спокойно, зачем же фантазировать так ярко по поводу чужой жены…

– Это он мою жену зовёт. Придумал по пьяни себе не пойми чего, – показал я милиционеру в сторону Галии.

 – Кто там сейчас наверху с этим придурком? Может, если он её увидит, то спустится?

Страж порядка сразу подобрался, закрылся в машине и давай по рации со своими говорить. Затем выскочил из машины и бегом ко мне.

– Давайте, поднимайтесь туда! – велел он нам.

Мы поспешили к подъезду. Навстречу нам выбежал ещё один милиционер и повёл нас по лестнице на крышу. Под открытым люком в потолке на последнем этаже стояли Юрка Бахтин, сотрудники Эдички и старый художник.

Им не разрешали подняться. Милиционер, нас сопровождавший, велел нам тоже остаться, а сам поднялся по металлической лестнице на крышу.

– Тут такое! – кинулся к нам Юрка. – Похоже, этот Эдичка белочку словил!

Мы с ним поздоровались.

– Всё может быть. Слишком резко из запоя вышел… – задумчиво подтвердил Василий Иннокентьевич и тоже протянул мне руку.

– Меры некоторые не знают. Вот надо, как я. – протянул мне руку ещё один сотрудник мастерской.