Ревизор: возвращение в СССР 5

Похоже, это у меня по линии Домрацких. Так сказать, улучшение породы. Чтобы лучше слышать, если захочу вдруг одичать и стать хищником.

– Ну, привет… – пробормотал я.

Сколько раз я представлял себе, как спрошу у него, как так получилось, что у него одновременно было две семьи? Как так, папа?!

А сейчас, глядя на него, подумал, что и так всё понятно. Любимец и любитель женщин… Ухоженный, модный, явно уделяющий своему внешнему виду и образу в целом много времени, сил и денег. Видал я таких… коллекционеров.

Отец держал на согнутой руке аккуратно сложенное пальто. Взгляд сразу зацепился за идеальные стрелки на его брюках. И рубашка… накрахмалена, что ли? Господи, кто ж ему рубашки-то крахмалит? Да он женат!

– Ну что, пойдём в кафе? – спросил отец.

– Ну, пошли, – согласился Тимур и пошёл в раздевалку одеваться.

Диана пожала плечами и пошла за ним.

Что же мне делать? И с отцом хочется пообщаться и на работу надо.

В школе же есть телефон! Быстро переобулся и с курткой в руках понёсся в канцелярию.

Быстро дозвонившись до главбуха, отпросился на час-полтора, объяснив всё как есть. Как хорошо, что телефон бухгалтерии догадался себе записать.

Не стал отсвечивать в вестибюле и вышел во двор всех ждать. Отец вскоре вышел за мной, на ходу надевая пальто.

– Вот, держи, – протянул он мне мужские наручные часы. – Целый месяц ждал, пока в мастерской стекло найдут.

Вот, значит, куда дедовы часы делись. Я покрутил их в руках. Думал, раз дед был офицером красной армии, то и часы были командирские, а это оказались какие-то раритетные.

Может, даже, дореволюционные. Надо будет с лупой обратную сторону внимательно рассмотреть, там на крышке явно что-то есть… Очень мелким шрифтом…

– Что ты их так изучаешь? – усмехнулся отец. – Как первый раз увидел.

– Интересно же, – ответил я. – Какого они года выпуска?

– Понятия не имею. У бабки своей спроси.

Мне очень не понравилось, каким тоном он это произнёс.

– Ты что-то против бабушки имеешь? – спросил я, глядя на него в упор.

– Да чёрт с ней… – небрежно ответил он. – Комиссар в юбке…

– Она войну прошла, – возразил я.

– Всю жизнь всех строила. И дома, и на службе… – с досадой сказал отец. – Даром, что баба. Подполковником в отставку ушла, дальше служить не захотела. А так бы, наверное, и до генерала дослужилась бы. А? Генеральским внучком был бы! – хлопнул он меня по плечу.

– Кто подполковник? – не верил я своим ушам.