Асмикраниль

– Да отойдите! – не стерпев, прокричал знахарь, рукой отстранив убитую горем деву. – Помнится, чему-то успели научить меня шаманы.

Сказав это, он поднял над головой свой тяжелый посох и, произнося неведомый наговор, с силой ударил в грудь усопшего. Над Руаном засверкала искра, и он, судорожно подпрыгнув, начал жадно глотать воздух. Магический удар посоха достучался до сердца юноши и впустил туда живительный эликсир. Конечно, гигантский синий след на груди Руана посох всё же оставил, но разве сравнится это с бесценным даром жизни? Семриаль, будто зачарованная статуя, застыла, не имея сил сказать что-либо.

Она безумным взглядом наблюдала, как любимый, уже почти покинувший ее, вновь возвращается к ней, наблюдала, как безжизненное тело с удивительным величием вновь бьет ключом. Не стерпев ни минуты более, она кинулась к нему, целуя еще слегка холодные губы, вновь наполняющиеся прежней теплотой, касалась щеками его порозовевших щек, крепко сжимая грубые, мозолистые руки своего возлюбленного.

– Семриаль… —повторял он, словно канувший в какой-то сверхъестественный сон. Чувствуя в ладонях нежные руки своей единственной, Руан неспешно сделал глубокий вдох— и знакомый аромат ее волос вновь наполнил заблудшую душу страстной любовью, вернув ему дражайший дар, с потерей которого он недавно смирился. Нежные и дрожащие от волнения пальцы нимфы плавно скользили по ожившим чертам его лица; подобно легкому бризу касались самых недр его подсознания, а теплота ее дыхания согревала каждую клетку измученного тела, пробуждая вулкан неистовый чувственности.

– Семриаль… – вновь вырвалось из уст юноши. Однако на этот раз он не был поглощён видениями. Широко раскрыв глаза, он созерцал перед собой возлюбленную, в которой видел единственный смысл своей жизни. Крепко прижав его к себе, дева утопала в слезах радости. Пронизывающий трепет душевной мелодии взбудораживал их сознание, с еще большим стремлением заматывая полыхающую страсть в толстый клубок любви.

Время будто приостановилось вокруг четы, раскрыв им тайное откровение бесконечности. Но— увы— остальных время не щадило; и хрупкое, воздушное уединение прервали гулы боевых горнов, исходящие снаружи. Гаранбар на радость Кесгорским рыцарям устоял перед очередным натиском гиен. Даже издалека было видно, что победа досталась паладину ценой неимоверных усилий. Гиены сильно ранили его, покусав и исцарапав оголенное тело.