Неизменно рядом

Виктор – победитель.

– Могу я вас пригласить на танец? – спросил он Лилю. В зеркале души, в темных, миндалевидных глазах, мелькали бесята хулиганства, подначиваемые дьяволом вызова всем мыслимым и не мыслимым нормам.

– На подобных мероприятиях не танцуют, – заметила Лиля, хотя все ее части тела готовы были пустится в пляс.

– Кто это решил? – поинтересовался Виктор. – Вы?

– Это выставочная галерея, – принялась объяснять женщина, стараясь напустить в голос как можно больше строгости, – а не танцплощадка.

К тому же, ни тематика Альбрехта, ни мой статус эксперта не позволяют нарушить правила.

– Признаться, – удивился он, – ждал от вас другого ответа.

Виктор замолчал, нагоняя интригу. Лилю с силой урагана подмывало спросить, какой ответ он ждал. И она понимала, что он понимает, что и она понимает смысл интриги. Вернее всего, с точки зрения женского искусства обольщения, было бы отвернутся, переключившись на общение с кем-нибудь другим. Победить его интригу, своей интригой. Но с этого самого момента и на всю оставшуюся жизнь, Лиля решила всегда и во всем ему проигрывать.

Сколько же кроется сил в умении быть слабой!

– Какого? – спросила она.

– Что не хватает музыки, – после недолгой паузы, скрашенной лучезарной улыбкой, ответил Виктор. – Хорошим танцорам музыка не нужна, ответил бы я. Но вы спутали мои планы.

В этом и была его настоящая красота. В том, что побеждая, Виктор признавал поражение. И в этой глупой истории с похудением, которое привело Лилю на операционный стол, Виктор, победив, посыпал голову пеплом.

– Ты ее полностью раздел? Или только до трусиков?

Виктор повернулся к ней, округлив бесхитростные глаза. Пышногрудая девушка в неприлично обтягивающих лосинах дефилировала по тротуару, развлекая застрявших в пробке водителей.

– Хм! – улыбнулся Виктор. – В ее случае и раздевать нечего. Все и так видно. А если женщина хочет что-то показать, мужчина не может не смотреть. Это не благородно.

– Женатые тоже? – Лиля не поддержала шутливый тон супруга.

В те «особые» дни от боли в животе не помогали даже таблетки. – Никогда этого не понимала. На что смотреть?

– Тебе не понять, – продолжал шутить Виктор. – ты в любой момент можешь созерцать прекрасное в зеркале.

– Пошляк, – она отвернулась.

– Ну да, ну да, – настроение Виктора, несмотря на понятную раздражительность супруги, оставалось хорошим. – Целлюлитик, жирок.

Светофор переключился и поток разномастных железяк нехотя продвинулся вперед.