Улыбка на пол-лица

Поочередно были проверены карма- ны на наличие хороших телефонов и денег. Действо это проходило не один час, но уходить было нельзя. Один из нас не удержался и обделался. Так и стоял.

Но на него было всем «насрать» в прямом смысле, не до него… Через несколько часов телефоны, деньги и еда были собраны.

Сержантский состав время от времени проводил воспитательную работу с солдатами (по мне – так просто издевались). Устраивали игры типа «три скри- па», «сушеный крокодил», «телевизор» и так далее.

«Три скрипа» – способ успокоить и уложить спать роту после отбоя.

Правила до боли просты: после отбоя должна сохраняться гробовая тишина, на каждый третий скрип кровати рота поднимается на ноги и выстраивается по стойке смирно на взлетке. По команде, в течение десяти—пятнадцати секунд все должны вернуться в кровати, при этом успеть снять тапки и поставить их аккуратно, а кому надо – взо- браться на верхнюю койку. Если рота больше ста чело- век – реально ли вообще спать без единого скрипка? Поэтому такая тупая беготня продолжалась, бывало, в течение всей ночи.

«Сушить крокодила». Нет, там нет никакого кроко- дила! Ни живого, ни мертвого. «Сушка крокодила» – это когда провинившегося за что-то, а, возможно, и просто так для профилактики, солдата заставляют висеть над лежащим на кровати уже послужившим

«дедушкой». Руки и ноги упираются в спинки кро- вати, а снизу отдыхает «послуживший» – вот тебе и физическое воспитание – и моральное.

«Телевизор». Нет, там тоже нет никакого телеви- зора! Есть только табуретка, которую надо держать на вытянутых руках в позе «сидящего на горшке».

На табуретку могут поставить что-то для увеличения нагрузки. Продолжительность «испытания» не име- ет ограничений. Для подбадривания, конечно, можно и пинков надавать.

Но это все «попса». Пришел мне на память вот ка- кой случай. Мы, солдаты, постоянно были загружены множеством дежурств и нарядов. Люди, которые сто- яли в наряде ночью, по возможности отсыпались пару часов днем. Среди шума двух сотен диких кабанов жизненно необходимо было хоть как-то уснуть.

Один из обессиленных, спящих ребят – Саша, отличный парень, отзывчивый, эрудированный и жиз- нерадостный. Всегда улыбался. Ему было двадцать лет. Внешне Саша походил на мышонка: худенький, маленький, беленький. Гладкая кожа туго обтягивала его бледное худощавое лицо. Сашка с большим нетер- пением ждал того часа, когда его отпустят на свободу, когда закончатся бесконечные армейские будни.