За старшего

На ебургские сайты полез, потом боснийские…

– Почему боснийские?

– Так царя на Урале убили, а потом меня что-то переклинило на Сараево…

– Убили, значит, Фердинанда-то нашего, – с удовольствием сказал Егоров. – Дурдом. А гмина – это что за зверь?

– Район по-польски. Так и нашел, хотя в Польше этих Воль… Ну, остановился на варшавском, столица ведь, зарегился – тоже чуть не съехал, там этих Максов Ковальских штук тридцать, а чтобы отличие придумать, надо ж понимать, чего пишешь, у-у. Зато аккаунт сносится сразу и без следов, так что хорошо придумано.

– Ну да, и что может быть безобиднее польской социальной сети.

– Монгольская.

– Это, видимо, уже следующий этап. И как он на вас вышел?

– Сразу. Велел поставить в интересы «папоротники Трансильвании». Я поставил, он тут же стукнулся, как Лех Новак. Сказал речь, выслушал меня, обнадежил и ушел.

– Насчет чего обнадежил?

– Насчет нашей темы.

– Нашей?

– Так точно, которая к шестому декабря, – терпеливо напомнил Соболев.

 – Он мне договорить не дал, говорит: «А, “Анти-Морриган”…» – это, говорит, возможно. Коли договоримся и это решим, говорит, я буду весь ваш, активный и на связи.

– Я, Леонид Александрович, хэзэ его, что такое «Анти-Морриган».

– «Морриган», Андрей Борисович. Это я уже потом справки навел, как распрощались. «Морриган» – обозначение систем подавления активной защиты, в первую очередь военных объектов, но всяких других тоже. Разрабатывалась у нас, в Штатах и Израиле, сейчас программа везде официально свернута и списана как морально устарелая.

Всякие пикейные жилеты, ну, им сливают разное для фонового шума, знаете, – они утверждают, что это неправда. Вроде именно против «Морригана» наш Минобороны заказывает перевооружение объектов защиты на заграничных базах, которые остались, – скандал еще был, когда собрались не у наших заказать, а снова за бугром. Амеры, соответственно, зашевелились по поводу своих баз. В связи с чем, я так понимаю, нас и это самое, любят. К шестому декабря, я имею в виду.

– Ух как красиво-то, – сказал Егоров и опять уставился в монитор. – Все-таки Вирджиния.

Соболев почти затопал от избытка чувств и слов, но сдержался. Егоров очень длинно и быстро стрекотнул по клавишам и продолжил:

– Леонид Александрович, у вас что, правда не возникло ощущения – такого, знаете, острого профессионального, оно иногда… – что в жизни такого не бывает? Ну подстава ведь, как это у молодежи, я хэ… стопудовая, вот.