За старшего

Именно сейчас, когда нам умри, но узнай, – такой цветистый подарок, что… Ну не бывает, да?

– Не бывает, Андрей Борисович, – осторожно согласился Соболев. – И все знают, что не бывает таких совпадений. И в Вирджинии тоже знают, наверно. Так чего им сразу подставляться? То есть всякое бывает, кто спорит. Но проверить-то всё равно надо, я считаю.

– Вилы по воде, шестнадцатый кегль, курсив, – буркнул Егоров. – Надо, надо. А что означает «коли договоримся»?

– Как? А. Ну, он условия выставил.

– Ох какие все стали.

– А без условий если, цитирую: «Ты мне никто. Ты мне не родина, не хозяин и не друг».

– А, вы поэтому про хохлов решили. Ну, в принципе… Хорошо. И много условий?

– Не, одно. Но такое, вполне. С другой стороны, как раз к слову о том, что вряд ли колотый. Есть в таком городе Чулманске – это если я с Челябинском не спутал, он ведь по-русски латиницей шпарил и без гласных…

– Это называется польский язык, – наставительно уточнил Егоров.

– Так точно. Кстати, он прямо на ходу учился – четверку вместо «ч» ставить, дабл-ю вместо «ш», у меня подсмотрел. Если язык не родной, вряд ли так быстро выйдет… Виноват. В Чулманске есть такой завод «Потребтехника». Там скандал: если я правильно понял, рейдеры зашли, директору дело состряпали, самого закрыли, ну, как обычно. Вот он за этого директора хлопочет, говорит – верните человека на свободу, человеку верните завод.

– И?

– И всё.

– Так. А в чем его интерес?

– Не могу знать. Может, он там совладелец. Может, директор его братишка, или там они папоротники в Трансильвании вместе собирали.

– Кстати, выясните по-тихому… Всё-всё, молчу, не обижаю. А подвох в чем?

– Какой подвох? – искренне удивился Соболев.

– Леонид Александрович…

– Ну, подвох, не подвох – моментик. Два. Во-первых, рейдеры – это ОМГ. Во-вторых, считается, что чулманская «Потребтехника» – разработчик и потенциальный производитель базовых компонентов «Морригана» и «Сумукана» с нашей стороны.

Глава 3

Фоксборо – Хантсвилл

Адам Дарски

Средиземноморская кухня есть вершина кулинарного искусства. Этот лозунг шефа Дуазье, висевший в рамочке на стене самого актуального ресторана города (по версии окружной газеты), вряд ли увенчает список самых глупых изречений, но попытка неплоха, скажет вам всякий подкованный едок.