Их короткий роман

Вполне возможно, что брат Лариссы очарователен – во всяком случае, многие женщины придерживались именно такого мнения, судя по газетным сплетням о его бурных отношениях с несколькими любовницами.

В морской дали что-то промелькнуло. Белль остановилась и увидела моторную лодку, которая мчалась к гавани, оставляя за собой шлейф пены. Лодка замедлила ход, приблизившись к причалу. Она смотрелась очень эффектно, но все внимание Белль привлек мужчина за штурвалом. Ее сердце забилось быстрее. Когда Ларисса сказала, что кто-то заберет ее с Кеа и отвезет на Ауру, Белль и в голову не могло прийти, что это будет сам Лукас Христакис.

Фотографии Лукаса в газетах, которые она видела, не шли ни в какое сравнение с реальностью. Хотя на них и была достоверно запечатлена его внешность – зачесанные назад густые черные волосы, квадратный подбородок и чувственный рот, – никакая фотография не была способна передать исходившую от него ауру первобытной силы, его магнетизм, властно приковывавший внимание и не позволявший отвести от него глаз.

– Вы Белль Андерсен?

В его низком хрипловатом голосе с греческим акцентом чувствовалась такая мужская мощь, что по всему телу Белль пробежали мурашки. Ее бросило в жар, и кожа вдруг стала настолько чувствительной, что она ощутила легкое трение кружевного бюстгальтера о соски.

– Д-да… – Голос Белль, к ее смущению, прозвучал как сдавленное кваканье.

Ее сердце заколотилось еще сильнее, когда Лукас, причалив к набережной и набросив канат на швартовую тумбу, выпрыгнул на берег.

– Я – Лукас Христакис, – объявил он.

Уверенный в своей неотразимости, он двигался с грацией, необычной для его высокого роста. Его длинные, стройные ноги были туго обтянуты потертыми джинсами, под черной футболкой просматривались накачанные мышцы пресса, а в ее вырезе виднелась загорелая кожа и курчавые черные волоски на груди.

«Боже, так вот он какой!» – Белль нервно сглотнула. Еще никогда в жизни ее так не волновало присутствие мужчины. Ее сердце бешено колотилось, а ладони вспотели.

Она хотела было произнести какую-нибудь дежурную фразу о погоде, чтобы разрядить напряжение между ними, но во рту у нее пересохло, а мозги, казалось, перестали работать. Жаль, что на нем темные очки – может, если бы она видела его глаза, то не так смущалась бы – хотя и в этом она не была уверена.

Наконец Белль вспомнила, что их встреча носит деловой характер. Она протянула ему руку и тихо произнесла:

– Очень приятно, мистер Христакис.