Джейн Эйр

С этими словами мистер Броклхерст вручил мне тоненькую книжицу, потом позвонил, чтобы ему подали экипаж, и удалился.

Мы с миссис Рид остались одни. Она занялась своим шитьем, я молча наблюдала за ней. В то время миссис Рид было, я думаю, лет тридцать шесть – тридцать семь. Это была женщина крепко сбитая, широкоплечая, с сильными руками, невысокая и, хотя и в теле, но не толстая. Она имела широковатое лицо с сильно утяжеленной нижней челюстью и выступающим подбородком, нос и губы были вполне правильные, из – под низких светлых бровей поблескивали безжалостные глаза.

У нее была смуглая матовая кожа, волосы почти соломенные. Вся она дышала здоровьем, болезни проходили мимо нее.

Миссис Рид скрупулезно и с умом вела свое хозяйство, держала под своим контролем и дом, и сданную в аренду недвижимость. Ее дети лишь изредка выходили у нее из повиновения или подсмеивались над ней. Одевалась она хорошо, умела носить красивые наряды и подчеркивать их достоинства.

Сидя в нескольких шагах от ее кресла, я внимательно рассматривала ее фигуру, хотя все ее черты были мне давно знакомы.

В руках я держала трактат о внезапной смерти лгуньи, на который было обращено мое особое внимание. Картина только что происшедшего, слова, которые миссис Рид сказала обо мне мистеру Броклхерсту, – все это было свежо, живо, не выходило из головы. Каждое произнесенное здесь слово отдавалось во мне той же болью, как тогда, когда я их слушала. Во мне закипала буря, требовавшая выхода.

В молчании прошло несколько минут.

Наконец миссис Рид подняла глаза от работы. Глаза ее остановились на мне, руки перестали делать привычные движения.

– Выйди из комнаты и возвращайся в детскую, – приказным тоном произнесла она.

То ли мой взгляд, то ли вид, вероятно, оскорбили ее – это было слышно по еле сдерживаемому крайнему раздражению. Я встала, подошла к двери, но затем вернулась. Вначале я прошла через всю комнату к окну, затем подошла вплотную к ней.

Я должна ей все сказать. Меня столько времени топтали ногами, что я должна отплатить.

Но как? Хватит ли мне сил, чтобы отомстить противнице? Я собралась с духом и начала с довольно простой фразы:

– Я не врушка. Если б я была ею, то сказала бы, что люблю вас, но я вам твердо говорю, что ненавижу вас, как никого в мире, кроме вашего сынка Джона. А эту книжку про лгунью вы можете дать своей дочери Джорджиане. Вот это врушка так врушка.

Руки миссис Рид по-прежнему лежали на ее работе в бездействии.