Кукушкин остров

Она пощупала на себе платье.

«Вроде целое», – показалось ей.

Майя попыталась разглядеть, нет ли на теле синяков, но поводов написать заявление в полицию и записаться на прием к гинекологу не было. Пересилив боль во всем теле, она поднялась и поплелась за стаканом воды, но услышав голос Яниной мамы, не решилась войти на кухню.

– Почему эта девка сейчас у нас дома? – возмущалась Янина мама, Любовь Григорьевна.

– У нее проблемы, мам. Я не могла ее бросить, – мучаясь чувством вины, искренне призналась Яна.

 – А ты почему дома?

– Рейс перенесли на утро. Предупреждать не стала, потому что думала, что ты останешься у Дениса. – Любовь Григорьевна достала из выдвижного ящика второй бокал. – Присядь-ка, я хочу с тобой серьезно поговорить.

– Про Майю? – уныло спросила Яна, устало присев к столу.

– Я просила тебя держаться подальше от их семьи не просто так. – Любовь Григорьевна, разлив остатки элитного французского вина из семейного погреба, что распивала до прихода дочери, поставила бокал перед ней и села напротив, держа свой за ножку у основания.

 – Тебе не понравится, что я расскажу, но это нужно принять, – твердо объявила она.

– Брат возвращается? – Яна попыталась перевести тему, ей не хотелось слышать от мамы очередную порцию ругательств в сторону лучшей подруги.

– Нет. Он также за границей и после учебы, вероятно, останется там же. Конечно, он не такой брат, о котором ты могла мечтать. Много обижал тебя, не уделял внимания должным образом. Я понимаю, – договорив, Любовь Григорьевна отпила немного из бокала и поставила его на стол.

– Козел одним словом?

– Яна, не надо так. Он все-таки твой брат.

– К чему же ты ведешь?

– Как бы мягко тебе об этом сказать…

– Ну не тяни, скажи прямо. – Яна тоже отпила из своего бокала, но не так элегантно, как это делает мама, строго следующая основным правилам этикета по вину.

– Роберт, отец Майи – мой бывший муж. Я вышла за него замуж, потому что забеременела. Времена тогда были непростые. Неспокойные.

Было лучше отсидеться в браке, чем пытаться самой поднять ребенка на ноги. Он хорошо зарабатывал. Ему выдали квартиру, и мы смогли съехать от моих родителей. Жили ни в чем себе не отказывая, но я знала, что он далеко не хороший человек. Просто чувствовала нутром. Его окружали мутные типы, и мне очень не нравилось, когда он собирал всю эту свору у нас дома. Коротко говоря, я его не любила, мне нравилось жить в роскоши, но цена за это была слишком высока.