Вниз, сквозь ветки и кости

Вечеринка удалась на славу, как полагается: торт был съеден, подарки открыты, шишки набиты, были содраны две коленки (у двух разных детей), испорчено одно платье, и один перевозбужденный малец не успел добежать до уборной, и его вырвало клубничным мороженым и ванильным кексом прямо посреди холла. С наступлением ночи Жаклин и Джиллиан надежно укрылись в своей комнате, а Луиза заваривала себе чашечку чая. Она услышала шаги за спиной. Она повернулась и нахмурилась.

– Говорите покороче, – сказала она.

 – Вы же знаете, как волнуется Джилл, если меня нет в комнате, когда она приходит за поцелуем на ночь.

– Ее зовут Джиллиан, мама, а не Джилл, – сказал Честер.

– Это ты так зовешь ее, – ответила Луиза.

Он вздохнул:

– Пожалуйста, не усложняй все еще больше.

– Что именно?

– Мы хотим поблагодарить тебя за время, которое ты посвятила нашим детям, – сказал Честер. – Поначалу с ними было столько хлопот. Но сейчас, полагаю, мы вполне можем справиться сами.

«Пять лет – это не значит конец хлопотам, мой мальчик», – подумала Луиза, но вслух сказала:

– Вы так считаете?

– Да, – сказала Серена.

 – Огромное спасибо за все, что вы сделали. Вам не кажется, что вы заслужили возможность отдохнуть?

– Нет ничего утомительного, когда заботишься о детях, которых любишь как своих собственных, – сказала Луиза, но она уже понимала, что проиграла.

Она сделала все что могла. Она старалась побуждать обеих девочек быть самими собой и не срастаться с теми ролями, которые с каждым годом все настойчивее навязывали им родители.

Она старалась внушить им, что есть сотни, тысячи, миллионы различных вариантов, как можно быть девочкой, и каждый из этих вариантов приемлем, и в том, чтобы быть такой, какой хочется, нет ничего плохого. Она старалась.

Удалось ей это или нет, практически не имело значения, потому что здесь и сейчас стоял ее сын со своей женой, и ей предстояло оставить этих драгоценных детей в руках людей, которые не нашли времени узнать о них хоть что-нибудь, кроме самых общих, поверхностных вещей.

Они не знали, что Джиллиан была храброй, потому что чувствовала, что Жаклин где-то рядом, а у Жаклин, что бы ни случилось, всегда найдется тщательно продуманный план действий. Они не знали, что Жаклин осторожничает, потому что ей забавно наблюдать, как мир взаимодействует с ее сестрой, и она считает, что на брызги лучше смотреть со стороны, вне радиуса их разлета – так лучше видно.