Полёт на единороге

– Ты же не серьезно…

– Боюсь, серьезно. Совет хочет, чтобы Силвени содержалась в наилучших условиях, поэтому, если Софи способна общаться с ней так, как никто из вас не умеет, Хэвенфилд для этого подходит лучше всего.

Вика, сузив глаза, подошла к Алдену так близко, как только позволяли прутья загона.

– Поверь, Совет об этом узнает.

– Ну разумеется. Я отправлю им полный отчет, как только доберусь до дома. Это моя работа как Эмиссара. Как и принятие итоговых решений в подобных вопросах.

– Невероятно, – пробормотал Тимкин, вытаскивая проводник из своего грязного плаща и поднимая тонкую серебристую палочку к солнечным лучам.

Хексы прыгнули прочь до того, как им успели ответить.

Алден тяжело вздохнул.

Софи не поднимала глаз, жалея, что в земле нет какой-нибудь дыры, куда можно было бы заползти и спрятаться. Вместо этого она позвала Силвени и погладила ее светящуюся гриву.

«Успокойся. Они ушли».

– Волнения усиливаются? – спросил Алдена Грейди.

Софи вытянула ресничку, когда Алден помедлил с ответом.

Преступления вроде похищений, должно быть, что-то неслыханное в эльфийском мире – как и восстания, и подпольные группировки, и заговоры сжечь всех людей. Их с Дексом трагический побег стал грубым нежеланным пробуждением, и чем дольше не могли найти преступников, тем больше эльфы начинали сомневаться в своих лидерах – в Совете.

– Мы изо всех сил стараемся держать все под контролем, – наконец ответил Алден.

– Ты же знаешь, я не могу.

– Знаю. И аликорн невероятно нам поможет. Она может решить все.

Силвени фыркнула, и Софи машинально задумалась, как такое вонючее создание может быть настолько важным.

– У меня есть кое-какая информация и по другому делу, – добавил Алден, отводя Грейди подальше – хотя Софи и так могла догадаться, о чем они говорят. О чем-то, связанном с ней, как и всегда.

– Ты в порядке? – спросила Биана, подойдя к ней. – Ты не нен… ты не такая, как они тебя назвали. Ты ведь это понимаешь?

Софи пожала плечами, не поднимая на нее глаз. Ее всю жизнь звали ненормальной. И ей было абсолютно плевать, что говорила Стина. Но после похищения она слышала это и от других эльфов. Теперь все знали о ее странных способностях – и о таинственной связи с «Черным лебедем», – и никто явно не понимал, что с этим знанием делать.