Загадка рыжей лисы

Матрена Никифоровна была одной из моих самых первых клиенток и наверно одной их самых любимых, патологически неуверенная в себе женщина, они приходила ко мне достаточно часто для того, чтобы я всегда была в курсе всех ее дел, а уж когда она стала еще и таскать ко мне своего мужа Матвея…. Так дела вообще пошли в гору! Нет конечно по началу Матвей не верил мне ни на грош, но оказалось совсем не сложно потихоньку найти взаимопонимание между супругами и ловко играть свою роль между этими двумя, которые упорно не хотели научиться договариваться и разговаривать на прямую.

–Ой, Пелагея, вы словно снова помолодели! – всплеснув руками проронила Матрена, а я еле сдержала улыбку, ну конечно помолодела, как же! Просто перестала внешне старить себя, делов- то!

–На все воля богов! – заявила я пафосно в ответ.

–Конечно-конечно! – тут же заюлила дама, а я села выслушивать ее вопросы и проблемы перед тем, как разложить для нее карты. А все было как обычно, у Матрены приближался день рождения и ей до безумия хотелось закатить большой праздник, а еще и колье получить от мужа в подарок, вот только она отчетлива понимала, что и то и другое ей вряд ли светят, а от того как обычно мучалась вопросом не в силах решить, что ей больше нужно.

Разложив для нее карты и дав кучу советов, и пометив себе, что я должна сказать ее мужу, которого увижу уже послезавтра, я наконец облегченно выдохнула и быстро переодевшись понеслась на рынок.

Бажен

Я спокойно шел по своим делам, когда ко мне подлетел почти взлохмаченный и очень встревоженный советник моего отца.

Никогда прежде мне не доводилось видеть этого заносчивого человека в такой степени тревоги и волнения, но если признаться мне это нравилось, его постоянная спесь и нападки на меня безмерно раздражали… неужели у меня наконец появился шанс сбить с него спесь.

– У меня к вам задание, срочное! – проговорил он запыхавшимся голосом, а я смерил его многозначительным взглядом.

–Слушаю, – проронил я ровно и не теряя достоинства, уж если я ему и научился за последние 5 лет при дворе, так это постоянно носить маску холодного безразличия.

Иногда даже казалось, что она настолько приросла к моей коже, что я и сам не различал больше, где я настоящий и могу ли чувствовать что-то.

–Не тут! – почти прошептал советник, судорожно оглядываясь по сторонам, словно пустая галерея была битком набита злостными шпионами, и крепко ухватив меня за рукав потащил в свой кабинет.