Пробужденная страстью

Возможно, всему виной ее потрясающая откровенность и смелость? Она так отличалась ото всех людей, с которыми он привык общаться: от длинноногих моделей, думающих только о том, как принять выгодный ракурс для удачной фотографии. От надменных и пафосных банкиров и руководителей фирм. От актеров и актрис, не интересующихся никем, кроме собственной персоны…

Вся эта мишура ему до смерти надоела.

Леон ощутил, как бешено забился его пульс. Хотя девушка не была в его вкусе, и дело даже не в том, что он не любил блондинок.

Да, не красавица в привычном понимании этого слова, хотя и очень миленькая. Но в ее серых глазах он готов был утонуть. В ее обществе Леон вдруг почувствовал себя живым.

– Вот, значит, как. Ты парикмахер, – мягко повторил он.

Марни обиженно поджала губы.

– Да, и я очень хороший специалист. Иначе, как ты понимаешь, меня никогда не пригласили бы в такой дорогой и известный отель, как «Парадайсос».

– Конечно, я понимаю, – согласился он.

– Если хочешь, я даже могу сделать тебе модную стрижку.

Как минимум, кончики тебе точно давно уже пора подровнять. Пусть это будет плата за твою отзывчивость и неравнодушие. Ведь ты не бросил меня в беде.

Леон с трудом сдержал смех, подумав о том, как отреагировали бы самые дорогие и известные парикмахеры Лондона, Парижа и Нью-Йорка, если бы им вдруг кто-то заявил, что за его волосами не ухаживают должным образом.

– Хорошо, я буду иметь тебя в виду. Ну а сейчас нам пора приступить к ужину.

Иначе сюда ворвется взволнованный повар и начнет спрашивать, чем нам не угодила его еда.

Марни вдруг растерялась. Казалось, она вовсе забыла, что они находятся в ресторане. Повар действительно стоял неподалеку и явно беспокоился из-за их реакции на его блюда.

– Да-да, конечно. Давай поедим.

Леон заметил, что Марни довольно равнодушно отнеслась к рыбе и к салату. Да и его самого еда в данную минуту мало волновала. Больше всего хотелось узнать, какая на вкус кожа Марни? Ему хотелось исследовать каждый сантиметр ее соблазнительного тела, медленно касаясь ее медовой кожи языком.

Он сам не мог понять своей странной реакции, ведь он всегда старался избегать случайных связей.

Леон обычно прекрасно справлялся со своими низменными инстинктами, проявляя в этом отношении недюжинное хладнокровие. Но все изменилось с тех пор, как эта необычная девушка согласилась поехать с ним на мотоцикле.