Пробужденная страстью

Он всегда был максимально сконцентрирован на дороге, абсолютно в любой поездке, но близость Марни вызывала моментальную эрекцию.

– Так. Теперь твоя очередь, – сказала она.

Леон с трудом вернулся от своей эротической фантазии к реальности.

– Моя очередь? Ты о чем? – хрипло спросил он.

– Я ведь ничего о тебе не знаю, кроме того, что тебя назвали в честь царя зверей. А еще ты прекрасно владеешь пинцетом.

Леон засмеялся. Возможно, секрет обаяния Марни крылся в ее остром языке и потрясающей харизме. Она была яркой.

К тому же относилась к нему без подобострастия и заискивания. А он к этому не привык. Он вдруг задумался, как бы она себя вела, узнав о том, кто он есть на самом деле? Нет, лучше пока ничего ей не говорить.

– Я грек.

– Это очевидно.

– Приехал в Парамениос на выходные. В последнее время навалилось слишком много работы.

Леон внимательно смотрел, как она ела помидор, и мечтал о том, чтобы слизнуть сок, оставшийся на ее губах.

– Кем ты работаешь?

Леон не хотел отвечать на этот вопрос и задумался, как лучше избежать правды.

Если он сейчас все расскажет, дороги назад уже не будет, так было всегда. Женщины, как только узнавали о его статусе миллиардера, сразу же менялись и начинали заискивать перед ним.

– Я строитель.

– Я так и думала.

– Неужели?

– Да, – улыбнулась Марни, отодвигая тарелку. Еду она почти не тронула. – Я почему-то очень ярко представляю тебя с огромной кувалдой на стройке.

Леона немного задело такое замечание. Возможно, Марни подразумевала, что он мускулистый, здоровенный верзила, у которого в голове одна извилина?

Ему даже захотелось рассказать о том, что в юности ему предлагали место в Стэнфорде, но он сам отказался, решив не связывать будущее с научной деятельностью.

Тогда он сосредоточился исключительно на зарабатывании денег. И все же сейчас он решил, что хвастовство ни к чему.

Тем более он здесь совершенно по другому поводу. Судя по сексуальному напряжению, бурлившему между ними с самого начала, Марни также все прекрасно понимала.

– Ты покончила с едой? – спросил он.

– Ну… я не хочу обижать повара, просто я действительно не голодна.

– Я тоже.

– Наверное, жара виновата.

– Да, тоже так думаю.

Возникла долгая пауза.

– Не беспокойся так о поваре, – мягко заметил Леон. – Мы оставим ему щедрые чаевые.

– Да-да, конечно.

Марни торопливо потянулась к своей сумочке и судорожно стала перебирать ее содержимое, выронив на стол ракушку.