Великолепный соблазнитель

Того, что физиотерапевт, Мэри Хаутон, стояла у стены, уставившись на свои туфли, и довольно шумно дышала. И того, что Луис был абсолютно голый, не считая трех маленьких белых полотенец, прикрывающих его достоинство.

Краска залила лицо Карли, и она рассердилась. Луис должен понимать, что в таком виде не встречают свой персонал, что она может оказаться в неловкой ситуации при виде почти обнаженного торса и широких плеч, выставленных напоказ. И, в конце концов, разве это не высокомерно – лежать голым, демонстрируя свои длинные ноги?

Карли старалась держаться подальше от мужчин и от проблем, связанных с ними.

На то у нее были причины. Опыт научил молодую женщину быть осторожной. Но на этот раз все ее страхи по поводу противоположного пола почему-то исчезли, и она неожиданно уставилась на своего босса с нескрываемым восхищением.

Карли любовалась Луисом и прекрасно понимала, почему женщины обожают его. Газеты дали ему прозвище Машина Любви, когда он, чемпион мира по автогонкам, был на пике славы.

Конечно, это было еще до ее появления в его доме, но Карли слышала об этом даже тогда. Все слышали и видели.

Лицо Луиса мелькало повсюду. Стоя на подиуме в лавровом венке победителя и поливая шампанским обожающую его публику, он был мечтой любого рекламодателя.

Луис Мартинез, с дорогими часами на руке и беспечной улыбкой на лице, регулярно украшал гигантские рекламные щиты. Сейчас он был вынужден не участвовать в соревнованиях, однако его обаяние было по-прежнему неотразимым, и южноамериканские миллиардеры продолжали подражать ему.

Луиса редко можно было увидеть без необходимого реквизита – блондинки, прилипшей к его руке. Правда, один проницательный журналист отметил, что его темные глаза кажутся пустыми, однако это только добавило ему привлекательности.

Впрочем, Луис Мартинез был не просто привлекателен – даже Карли это не отрицала. Было в нем что-то сумасбродное. Что-то дикое. Он был недосягаемым трофеем. Желанным призом, который ни одна женщина не могла долго удержать в руках.

Копна довольно длинных черных волос придавала ему вид пирата. А черные глаза в данный момент были устремлены на Карли, и это вызывало у нее дискомфорт.

Отвернувшись, она взглянула на Мэри Хаутон. В безупречно белом халате, с изящной фигурой и блестящими волосами, она, как и всегда, выглядела прекрасно, но от Карли не ускользнула тень боли, мелькнувшая на ее лице.

– Вот и ты, Карли, – сказал Луис, не скрывая сарказма. – Наконец-то.