Письма той, что ждет

Н-да.

На первом же повороте, выходя из калитки, я споткнулась, но свою ношу удержала. Я же уже взрослая, целых пять лет! На втором защитила пирог от уличного пса. А вот с третьим не сложилось. Путь мне преградили парни лет по четырнадцать. Одежда на них была довольно грязной, а на лицах явно читался нездоровый интерес к моей поклаже.

– Отдай пирог и иди дальше, – сказал один ломающимся голосом.

– Мы не причиним тебе вреда, малышка полукровка, – усмехнулся второй. Но вот это они зря. Ох я и разозлилась, кровь забурлила по венам.

– Пошли прочь, гадкие мальчишки! – закричала я во весь голосок, а он у меня был не тихий, звонкий. Вот только в этот раз что-то пошло не так, начали биться стёкла в окнах, заорали коты и загавкали собаки. Парни же упали на колени и накрыли руками головы. Один, правда, убежал сверкая пятками, крича что-то про смесков и чёрную магию.

Бабуля мне, конечно, потом пояснила, что это никакая не чёрная магия, а вполне обыкновенная. Просто злить магов не стоит, даже если они очень маленькие.

Собственно, в этом мире их не сжигали, а обучали и привечали. Были, конечно, когда-то тёмные времена, когда ведьм отправляли на костер, но по одной легенде всю инквизицию убрали.

Бабуля Эдит рассказала мне её. В давние времена жила одна знахарка, травница, у неё была ученица. Жили они вместе, лечили больных и всячески помогали деревне, рядом с которой проживали. Всё бы ничего, но травница, отжив своё, покинула мир, и ученица осталась одна. Она продолжала дело своей приёмной матери.

В деревне жил мальчик больной телом, и юная дева часто помогала ему справиться с недугом. Так они сдружились. Его мать была не очень рада их общению, но ничего поделать не могла, ведь без лекарств травницы, её единственный сын мог умереть.

Однажды в деревню пришел инквизитор и, увидев на базаре травницу, решил её сделать своей. Однако та была молодой и гордой, поэтому отказала ему. За что тот послал её на костер, предварительно надругавшись в темнице.

Когда девушка горела на главной площади, её друг пытался пробраться к ней, но мать заперла его в доме.

Тогда он, взяв руки лук и стрелы, выломал окно, он был слаб, но что-то заставило его мчаться вперед, приложив все силы. Когда юноша увидел свою подругу в огне, сердце пропустило удар. Словно во сне он натянул лук, что она подарила, и отправил в полёт стрелу с синим оперением. На площади взревел ураган, инквизитор погиб на месте, его придавила какая-то балка.