Легионы просят огня

* * *

«Сегодня вечером я напьюсь», думает он. Опять. Или снова. Но напьюсь.

Легионер Восемнадцатого Морского легиона Секст по прозвищу Победитель расправляет широкие плечи. Виктор. Какая насмешка…

– Сколько женских сердец ты покорил сегодня? – кричат из толпы.

– Только не ошибись палаткой! – хохочут. – А то знаем мы тебя…

– Нет, нет. В этот раз он не промахнется. Он зайдет сразу в палатку нового легата и…

Секст усмехается. Вытягивает перед собой волосатые руки, растопыривает пальцы.

– А если поймаю? – спрашивает он.

 – Я могу.

Аккуратно сжимает кулаки. Огромные. Такими можно пробить кирпичную стену.

– О, только не это, доблестный Виктор! – дерзкий голос. Толпа «мулов» стонет от смеха. – Только не это… Мне не вынести столько любви. Ты такой си-и-ильный.

Сволочи, думает Секст. Стоило один раз по пьяни совершить глупость, и уже не отмоешься. Виктор! Победитель! Ради всех богов, чрево Юноны, задница Юпитера! Секст Победитель – вот издевка, так издевка…

Он делает рывок, несколько легионеров падают, отшатнувшись.

Строй прогибается. «Мулы» ревут от смеха, особенно те, что упали. От чудовищного грохота половина Ализона должна проснуться.

– Ты такой стра-а-астный сегодня, – звучит голос из толпы. – Мне не вынести столько страсти, доблестный воитель. Недаром тебя зовут…

– Виктор! – хором кричат легионеры. Сволочи. Секст отталкивает ближайшего «мула», замахивается… Легионер приседает в испуге, вокруг хохочут еще громче.

– Да, я сегодня в ударе, – говорит Виктор и опускает огромный кулак.

Если не можешь посмеяться над собой, тебя в легионе заклюют. – Зовите меня Юпитер Громовержец.

– Он сегодня покроет и корову! – опять тот же голос. – Да что корову… Носорога! Слона! Жирафа!

«Ну, я тебя найду», думает Секст по прозвищу Виктор. Обещаю. В легионе все тайное быстро становится явным. В том числе – имя шутника.

Самое обидное, я не помню, что тогда произошло, думает Секст. «Вот если бы вспомнить… Тогда бы я знал, что ответить». В тот вечер в Паннонии он был чудовищно пьян, это точно.

Отправился в самоволку – за продажными женщинами. По пути он заблудился и каким-то непостижимым образом очутился в лагере мятежников, в офицерской палатке. Почти голый, безобразно пьяный. Когда Секст осознал свою ошибку, то схватил то, что оказалось под рукой и начал отбиваться. Снова провал в памяти – и очнулся Секст уже в палатке, полной трупов, и с окровавленным мечом в руке. А тут и легионеры подоспели на помощь… Подвиг по глупости.