Антакарана. Час расплаты

Координация нарушена настолько, что непослушные пальцы, руки, ноги поддаются лишь с пятого – шестого раза, и все же… Мое тело слушается меня! Оно улавливает сигналы мозга и подчиняется им!

Боюсь потерять голову от радости – вдруг это всего лишь очередной трюк больного подсознания? Я часто видела во сне, что вновь могу владеть своим телом, и всякий раз пробуждение доставляло жгучую боль в груди и невыносимое разочарование. Но сегодня все чувствуется настолько реалистично, что просто не может быть сном!

Наконец, я решаюсь приоткрыть глаза.

Меня окружает абсолютная темнота.

С наслаждением потягиваюсь, и сначала локти, а затем ладони упираются во что-то твердое. Неуверенными движениями ощупываю стены и потолок, и вдруг чудовищное осознание настигает меня и грозит поглотить, словно волна цунами. Я застываю от ужаса, когда понимаю, ГДЕ именно проснулась, потому что все, через что мне пришлось пройти ранее, кажется детским лепетом по сравнению с ЭТИМ. Несмотря на то, что я одета, холод земли постепенно начинает закрадываться за пазуху, распространяясь по поверхности тела и проникая под кожу во внутренние органы.

Теперь не остается никакого сомнения – я лежу в гробу.

– Помогите, – сначала шепчу я, тестируя голосовые связки. Слово получилось коверканным, едва различимым. В горле резко все сводит от боли – голосовые связки разучились выполнять свою непосредственную функцию.

– Помогите! – повторяю громче и четче.

– Вытащите меня отсюда!!! – изо всех сил кричу я, игнорируя спазм в горле, и начинаю судорожно бить по стенам гробницы.

С каждым ударом движения становятся все увереннее. Ярость и адреналин придают моему телу необходимые силы, заставляют его вспоминать годами заученные реакции. Но это меня больше не радует. Я обливаюсь холодным потом от перспективы задохнуться глубоко под землей в собственном гробу.

Нужно успокоиться, но я ничего не могу с собой поделать и продолжаю биться в истерике. Мне пришлось пройти через ад на земле, пролежать пять лет прикованной к постели и кучке приборов, чтобы мучительно умереть в нескольких метрах от спасения? Это чудовищно несправедливо!

Немного успокоившись, начинаю размышлять.

После того, как меня отключили от приборов и похоронили, я могла прийти в себя. Пытаюсь вспомнить, что мне известно о таком понятии как «летаргический сон». Известный писатель Николай Гоголь, кажется, был погребен заживо по ошибке слуги.