Шиншилла

Что плохого в шлюшке перед пятичасовым ланчем? – Мой профессиональный юмор вновь не оценили, и я притихла, сложив руки между коленками. – Да там все знают, что мы друзья.

Джун кивнул обреченно бывшему напарнику и тот удалился, прикрыв дверь.

– И что мне с тобой делать? – посмотрел он на меня серьёзно, пододвигая очередную папку и открывая её.

– Удочерить? – улыбнулась я шутливо и радостно.

– Но-но, я не настолько стар! – не выдержал он и улыбнулся в ответ. Ну да, ему ещё и тридцатника не было. Куда мне папаша, старше всего-то лет на десять? Хотя, это было бы забавно.

Джун был клевый. Не крутой, как Химчан, а именно клевый. Добрый такой, выдержанный и простой.

– Да бог с ним, с возрастом! – махнула я, откидываясь на спинку стула.

– И всё же лучше обратись по этому вопросу к Сынхо. Он и постарше, да и тогда у тебя и мама будет. Он же женился. – Джун углубился в чтение документов. Мне хотелось бы не мешать, но я давно их не видела, хотелось поболтать. Я любила потрепаться. Наверное, вечно молоть языком – во всех значениях – это от природы.

– Он сказал. Ну, а ты когда, гражданин начальник? – Я слегка покачивалась на стуле.

– Шилла, не подкалывай. – Расписавшись на листке, он перевернул его. – Как только, так сразу.

– Такой завидный холостяк! Долго не заваляешься, – подвела итог я. За последние два года я повидала и испытала столько, что не чувствовала себя сильно их младше. Казалось, что мы на равных, все взрослые. И только когда они смотрели на меня, грустно и пристыжено, будто были виноваты в чем-то, что со мной случилось, мне хотелось скукситься и стать невидимой.

Тогда я понимала, что что-то идет не так и я совершенно не такая, какой должна быть восемнадцатилетняя девушка.

– То есть, по-твоему, я валяюсь? – хмыкнул он без злобы, подняв глаза.

– Каждому нормальному мужику нужна женщина, – заключила я, изъяв вывод из общей картины наблюдаемой мною жизни человечества. – Мне ли не знать, что без нас у вас всё валяется. И поднимается только с нами.

Промучив Сынхо просьбами включить мигалки и сирену, но не добившись ни того, ни другого, я была скучно доставлена до дома. Высунувшись из открытого окна, он следил, как я иду в подъезд по вечернему потемневшему переулку. Я обернулась у самой двери и помахала ему.

Поднявшись, я вошла в квартиру и дернула за ручку двери нашей комнаты, зная, что Зеро ещё быть не должно, а Ширли обычно не закрывается. Но дверь была закрыта. Я подергала сильнее, убедившись в этом.