Звезды светят вниз

– Я всю неделю проболел, накопилась куча счетов от врача…

– Деньги мне еженедельно высылает сын, но вчера почта почему-то не пришла…

– Купил на днях новую бензопилу…

– В следующую пятницу обязательно расплачусь, будь уверена…

На кону стояла жизнь не только Лары, но и ее отца. Девушка спокойно выслушивала постояльца, а затем говорила:

– Извините, но завтра деньги должны быть у Шона Макаллистера. Если вы не в состоянии заплатить, прошу освободить комнату.

И каким-то чудом требуемая сумма находилась.

Умолять Лару о снисхождении не имело смысла.

– С твоим отцом ладить было легче, – бурчали недовольные. – Он всегда соглашался подождать.

В глубине души мужчины восхищались ее стойкостью.

Если Лара и надеялась, что болезнь отца сделает их ближе друг к другу, то надежды ее пошли прахом. Дочь старалась угадать малейший каприз больного, однако чем заботливее она была, тем несноснее становился Джеймс.

Каждый день Лара приносила ему букетик полевых цветов, баловала фруктами.

– Ради всего святого, хватит! – орал Камерон. – Не мельтеши перед глазами! Займись делом!

– Я думала, тебе захочется…

– Вон отсюда! – Джеймс отворачивался лицом к стене.

Ненавижу, говорила себе Лара, я его ненавижу.

Когда в конце месяца с пачкой конвертов в руке она вошла в кабинет Макаллистера, банкир, записав в приходную книгу итог, заметил:

– Считаю своим долгом признать, юная леди, вы меня удивили. Джеймсу Камерону до дочери далеко.

Комплимент пришелся Ларе по вкусу.

Она зарделась.

– Благодарю вас, сэр.

– Если честно, то это первый месяц, когда не оказалось ни одного должника.

– Значит, мы с отцом можем остаться в пансионате?

Шон окинул девушку масленым взглядом.

– Думаю, да. Похоже, вы очень любите своего папочку.

– Я приду сюда в следующую субботу, мистер Макаллистер.

Глава 5

В возрасте семнадцати лет нескладная, угловатая девушка превратилась в молодую женщину. В чертах лица Лары сказывалась кровь далеких шотландских предков: гладкая матовая кожа, изогнутые дугой брови, серые, как грозовая туча, глаза, угольно-черные волосы.

Бездонная глубина зрачков таила в себе невысказанную печаль – отголосок трагической истории свободолюбивых горцев. Лишь немногим мужчинам хватало самообладания не оглянуться ей вслед.

Большинство постояльцев жили холостяками, привыкшими разгонять тоску одиночества в борделе мадам Кристи или других таких же веселых заведениях.