Сложенный веер (сборник)

– Ваше…

– Лорд-канцлер!

Хлыст колышется в опасной близости от глаз Сида, и он не осмеливается продолжать.

– Кроме того, впервые за долгие годы у нас появляется возможность провести справедливое состязание. Твой Дар-Халем, насколько я понимаю, в альцедо. Так что у остальных будут примерно равные шансы. Сходи в корпус – выбери мальчишку. Можно нескольких, но тогда тебе придется хорошенько продумать правила.

– Нет.

Сейчас старуха мне вмажет. Покажет нашу древнюю традицию.

– Я не расслышала Вас, лорд-канцлер.

– Нет.

– Что «нет»?

– Я сказал «нет»… Ваше Величество.

Старшие дары шесть лет назад

– Я сказал «нет», Корвус.

– А кто ты такой? – лениво осведомляется лорд Дар-Эсиль, даже не поворачиваясь к старшему дару Халема.

– Корвус, дуэм – это не развлечение, это способ выжить, всегда мучительный, иногда постыдный, но без него мы бы здесь с тобой сейчас не сидели. Превращать язву, болезнь нашей расы в зрелище – мерзость.

– Это не мы с тобой придумали. Большой бой за дуэм практикуется уже пятьсот лет.

– Но ни разу за время твоего канцлерства. И никогда – перед глазами чужаков.

Хозяин дома промокает платком вспотевший лоб.

Окна Халемского замка распахнуты, и запах скошенной травы и мокрых папоротников наполняет комнаты. День тянется к концу, болотный туман уже выполз из своих укрытий и наступает. Дышать становится все труднее и труднее.

– Что я должен был сказать королеве? – лорд Дар-Эсиль пытается перейти в наступление.

– То же, что я тебе сейчас.

Если ты боишься, я сам скажу.

– Давно не был в опале? – фыркает лорд-канцлер.

– Значит, боишься.

– Послушай, а тебе не приходит в голову… – лорд Дар-Эсиль встает и начинает взволнованно ходить по комнате. Он без орада, и Дар-Халему приходится отклоняться, когда мимо его лица пролетают острые оконечности крыльев.

– Тебе не приходит в голову, что эти, как ты выразился, чужаки с Делихона – наш первый шанс показать другой цивилизации, какие мы на самом деле.

Объяснить, как мы живем, что чувствуем, что любим, чего боимся… Сформировать у них правильные ожидания, чтобы они представляли, чего от нас можно требовать, а чего нет. Если мы перестанем быть для них просто длинноносыми чудаками в черных плащах и перьях, а станем живыми людьми, в чем-то привлекательными, в чем-то отталкивающими, в чем-то сильными, в чем-то слабыми…

– Эээ… Корвус, ты не в тронном зале.

– Я, между прочим, серьезно.

– Мне – не рассказывай.