Песня нашей любви

К Зои подошла устрашающе квалифицированная дама в медицинском халате с разноцветными единорогами и начала вбивать в планшет ее данные. Потом в палате появились еще какие-то мужчина и женщина.

– Это акушер-гинеколог и педиатр, – пояснила леди с единорогами.

Такер поднялся с кресла, чтобы уйти, когда врачи начали забрасывать Зои вопросами.

– Предполагаемая дата родов?

– Кровяное давление?

– Это ваш первый ребенок?

– Сколько баллов по шкале Апгар?

Зои усадили на гинекологическое кресло и накинули на нее простыню, пока педиатр заворачивал ребенка в пеленку.

– Пожалуйста, – с мольбой посмотрела на Такера Зои и схватила его за руку.

Она казалась такой напуганной и такой одинокой.

– Зои, я никуда не ухожу, – мягко сжал ее ладонь Такер.

На лице Зои появилась улыбка, и он улыбнулся ей в ответ.

– Поздравляю, – заметил педиатр. – У вас родился здоровый и немного нетерпеливый сын. – С этими словами мужчина вручил ему ребенка и повернулся к леди с единорогами: – Можно было бы поставить десять баллов по шкале Апгар, но раз он родился на две недели раньше, поставим девятку, на всякий случай.

Такер, затаив дыхание, смотрел на сморщенное личико малыша. Тот зевнул и сунул крошечный кулачок себе в ротик. На плечо Такера легла крепкая ладонь.

– Папочка, дышите.

Ах да. Ему вообще-то следовало прояснить ситуацию, раз этого не сделала Зои. Только слова отказывались выходить наружу. Не сводя глаз с малыша, Такер не заметил, как уселся на край кровати Зои, чья рука теперь лежала поверх его руки рядом с головкой ребенка.

Педиатр потянулся к малышу, чтобы забрать его, и Такер обнаружил, что ему не хочется возвращать этот крохотный сверток.

– Теперь, когда у вас установилась связь с ребенком, пареньку нужно поесть. Зои, вы ведь планировали кормить его грудью, не так ли?

Дверь открылась, и на пороге появилась еще одна медсестра.

– Ее палата готова. Мы переведем ее туда сразу же, как только она покормит ребенка.

Леди с единорогами помогла Зои устроиться поудобнее, а педиатр поднес малыша к ее груди.

Затем врачи оставили Такера с Зои наедине. Когда под простыней начали раздаваться довольные чавкающие звуки, он, немного смущенный такими интимными вещами, повернулся, чтобы уйти.

– Нет! – запаниковала Зои. – Я не могу оставаться здесь. У меня нет денег. – Она пристыженно потупилась и прикусила дрожащую нижнюю губу.

Такер инстинктивно коснулся ее щеки, зная, что ни за что не бросит ее на произвол судьбы.