Стирая границы

А потом исчез без следа. Должно быть, сейчас ему шестьдесят. Он был бойцом старой школы, то есть тренировался как зверь.

Когда я начинал боксировать, я, бывало, смотрел видео с ним и подражал его движениям. Черт, я разыгрывал целые его матчи, копируя быстрые выпады и движения на ринге. Если этот парень Родригез знает его…

– Посмотрим, правда ли это.

– Не надо. – Пабло хватает меня за плечо и тянет назад. – Нельзя просто так подойти к такому парню, как Родригез.

– Может, тебе нельзя, а мне можно. – Я иду через весь зал с единственной целью в голове.

У Матео Родригеза черные волосы, он одет в простую белую майку и шорты, словно готов к бою. Он не выглядит безумно мускулистым или пугающим, но я уже много лет знаю, что нельзя оценивать чьи-то способности, пока не увидишь их на ринге.

Он стоит, скрестив руки на груди, и наблюдает, как дерутся два парня, словно это всего лишь скот. Когда я становлюсь перед ним, он вскидывает бровь.

– Я слышал, ты знаком с Хуаном Камачо, – говорю я, не колеблясь.

Он не сразу отвечает и рассматривает меня с любопытством.

– Кто этот гринго? – спрашивает он Проянски.

– Райан Хесс. Он новый боец из Чикаго, – объясняет Проянски. – Переехал сюда в прошлом году, когда его мать вышла за шерифа Блэкберна.

Его челюсть дергается, когда он поворачивается ко мне.

– Слушай, парень, Камачо не раздает автографы.

– Мне не нужен автограф, – говорю я ему. – Я хочу встретиться с ним и узнать, будет ли он меня тренировать.

– Тренировать тебя? – Родригез издает тихий смешок, а потом пристально смотрит на меня. – Камачо ни в каком клубе. И у него уж точно нет времени, чтобы тратить его на молодых pendejos, которые ничего не понимают в боксе, но считают, что могут серьезно выступать.

Проблема Родригеза в том, что он допустил ошибку и оценил мои способности, не увидев меня в деле.

– Проведи со мной три раунда, – бросаю я вызов. – Если я выиграю, ты представишь меня Камачо.

– Ты бросаешь мне вызов?

– Да.

Уголок его рта поднимается в изумлении.

– А если выиграю я?

Я смотрю прямо ему в глаза.

– Не выиграешь.

– Ты нахальный сукин сын, а? – Я чувствую, что все взгляды прикованы к нам. Парни вроде Родригеза не откажутся от вызова, потому что на кону их гордость. Некоторые рискнут всем, чтобы спасти свое драгоценное эго, на ринге или вне его. – Вот что я скажу тебе, Хесс. Я облегчу для тебя задание. – Он подмигивает своим друзьям.